СПб, 1882. С. 158). Ср. также с ироническим определением Токвиля как "популярнейшего из публицистов в наших усадьбах", данным ему Щедриным в III главе "Дневника провинциала в Петербурге" (Отеч. зап. 1872. No 3) - Салтыков-Щедрин М. Е. Собр. соч.: В 20 т. М., 1970. Т. 10. С. 327. О широко популярном в России 1840-х годов французском романисте-бытописателе Ш. Поль де Коке (Paul de Kock, 1793-1871) см.: наст. изд. Т. 1. С. 441; об отношении Достоевского к его творчеству - там же. Т. 2. С. 549-550. См. также выше, с. 731.
(21) С. 20-21. ...как страдальцу науки - как о ссыльном страдальце... - Возможно, что слово "страдалец" здесь употреблено по ассоциации с названием одноименного раннего стихотворения Грановского, напечатанного в "Дамском журнале" за 1828 г. (апр. No 8. С. 87-89). Возможно также, что Достоевский откликается на слова Герцена, писавшего в "Былом и думах" о Грановском как о "глубоко настрадавшемся человеке" (см.: Герцен А. И. Собр. соч.: В 30 т. М., 1956. Т. 9. С. 128). Возможно, что именно Грановского имел Достоевский в виду, когда писал во "Введении к "Ряду статей о русской литературе"": "Были и у нас высокочистые сердцем, которым удалось высказать горячее, убежденное слово ... не складывали рук и действовали как могли ... Они были невинны и простодушны, как дети ... и умерли наивными страдальцами" (XVIII, 59).
(22) С. 20-21...в самом конце пятидесятых годов - явились и какие-то сопровождавшие их идеи, и, главное, в чрезмерном количестве. - Один из пунктов объявления об издании "Современника" на 1859 г. гласил: "...применение к нашему быту тех идей, которые уже выработаны в общественных науках и в современном быте народов на Западе" (Современник. 1858. No 11. Ноябрь).
Адвокат К. К. Арсеньев писал о конце пятидесятых годов как о "времени наибольшего распространения радикальных учений", совпадающем "с периодом ожидания реформ, с тем периодом, когда осужденные в принципе учреждения - крепостное право, закрытый канцелярский суд, цензура, полновластие администрации в делах земского и городского хозяйства - не успели еще уступить место новому порядку" (Вестн. Европы. 1871. No 11.C. 287). В этой же статье автор цитировал приговор Верховного уголовного суда по процессу тайного общества 1866 г., в котором говорилось: "Судебным следствием обнаружено, что еще в 1863-м году составился в Москве кружок из молодых людей, зараженных социалистическими идеями; впоследствии эти люди начали делать усилия для распространения и осуществления своих идей на практике; с этой целью они начали устраивать школы и различные ассоциации, как-то переплетное заведение, швейною, основали общества переводчиков и переводчиц и взаимного вспомоществования" (там же. С. 297). Анонимный корреспондент "Голоса", говоря об идеях, проникших в русское общество из французской и немецкой литератур, сокрушенно писал: "Мы не имеем возможности определить в газетной статье, какого рода идеи почерпались нами у Канта и Фихте, но не можем не указать на наше время. Какие французские материалисты, спросим мы, действовали на умы нашей современной молодежи так разрушительно, как Фейербахи, Бюхнеры и подобные им немецкие ученые? Откуда пришли те нелепые идеи о жизни, душе и человеке, которые вскружили голову нашим молодым людям и погубили столько свежих сил, как не из лекций и книг этих многоученых немцев? Не у Бюхнеров ли и Молешоттов заимствованы курьезные понятия о том, что человек есть только одна из форм действующей природы, отличающаяся от животных одним высшим
страница 513