-- мы прежде всего должны соединиться с теми элементами народной жизни, которые со времени основания московской государственной силы не переставали протестовать не на словах, а на деле против всего, что прямо или косвенно связано с государством ... соединимся с диким разбойничьим миром, этим истинным и единственным революционером в России".[360]
В двух важнейших разделах "Катехизиса" сформулирована суть явления, получившего у современников и последующих поколений собирательное наименование "нечаевщины": "Отношение революционера к товарищам по революции" и "Отношения революционера к обществу". Ратуя за "солидарность" и "единодушие" в среде революционеров, "Катехизис" совмещал эти положения с неравенством и иерархическим устройством организации, с подразделением революционеров на несколько разрядов: "У каждого товарища должно быть под рукою несколько революционеров второго и третьего разрядов, т. е. не совсем посвященных. На них он должен смотреть как на часть общего революционного капитала, отданного в его распоряжение. Он должен экономически тратить свою часть капитала, стараясь всегда извлечь из него наибольшую пользу".[361] "Польза революционного дела", а не "личные чувства", утверждал "Катехизис", должна стать единственной мерой в отношении революционера к своим товарищам. Именно эти утилитарные и ригористические пункты "Катехизиса" дали "право" Нечаеву и его сообщникам расправиться с непокорным и сомневающимся Ивановым. Теми же соображениями "пользы дела" оправдывалась в "Катехизисе" возможность и допустимость для революционера в необходимых случаях пользоваться иезуитской тактикой, освящавшей все средства: "Революционер должен проникнуть всюду, во все низшие и средние сословия, в купеческую лавку, в церковь, в барский дом, в мир бюрократический, военный, в литературу, в III отделение и даже в Зимний дворец".[362] "Поганое общество", подлежащее беспощадному разрушению, подразделялось "Катехизисом" на шесть категорий. К первой категории были отнесены люди, "особенно вредные для революционной организации" и потому осужденные на уничтожение в первую очередь; ко второй - те, которым "даруют только временно жизнь, чтобы они рядом зверских поступков довели народ до неотвратимого бунта"; к третьей -"множество высокопоставленных скотов или личностей ... пользующихся по положению богатством, связями, влиянием, силой": их предлагалось всячески опутывать и эксплуатировать, "сделать ... своими рабами"; к четвертой - "государственные честолюбцы и либералы", причем предписывалось "скомпрометировать их донельзя ... и их руками мутить государство"; к пятой - доктринеры, конспираторы, революционеры, "праздно глаголящие", которых необходимо толкать на "практические" дела, в результате чего последует "бесследная гибель большинства и настоящая революционная выработка немногих". К шестой категории причислялись женщины, в свою очередь подразделявшиеся на три разряда: первый соответствовал третьей и четвертой категориям мужчин; второй - пятой мужской категории, а женщины третьего разряда квалифицировались как "совсем наши" и предлагалось смотреть на них "как на драгоценные сокровища наши, без помощи которых нам обойтись невозможно".[363]
Такова в основных чертах теоретическая программа созданного Нечаевым общества. Бессмысленное и аморальное убийство Иванова, совершенное в согласии с тезисами "Катехизиса", наглядно продемонстрировало ее вред и опасность для революционного движения.
Авантюристические методы организации и система Нечаева, его
страница 419