Но гость опомнился; в один миг изменилось его лицо, и он подошел к столу с самою приветливою и ласковою улыбкой.
- Виноват, напугал я вас, Марья Тимофеевна, нечаянным приходом, со сна, -- проговорил он, протягивая ей руку.
Звуки ласковых слов произвели свое действие, испуг исчез, хотя всё еще она смотрела с боязнию, видимо усиливаясь что-то понять. Боязливо протянула и руку. Наконец улыбка робко шевельнулась на ее губах.
- Здравствуйте, князь, -- прошептала она, как-то странно в него вглядываясь.
- Должно быть, сон дурной видели? - продолжал он все приветливее и ласковее улыбаться.
- А вы почему узнали, что я про это сон видела?..
И вдруг она опять задрожала и отшатнулась назад, подымая пред собой, как бы в защиту, руку и приготовляясь опять заплакать.
- Оправьтесь, полноте, чего бояться, неужто вы меня не узнали? - уговаривал Николай Всеволодович, но на этот раз долго не мог уговорить; она молча смотрела на него, всё с тем же мучительным недоумением, с тяжелою мыслию в своей бедной голове и всё так же усиливаясь до чего-то додуматься. То потупляла глаза, то вдруг окидывала его быстрым, обхватывающим взглядом. Наконец не то что успокоилась, а как бы решилась.
- Садитесь, прошу вас, подле меня, чтобы можно было мне потом вас разглядеть, -- произнесла она довольно твердо, с явною и какою-то новою целью. - А теперь не беспокойтесь, я и сама не буду глядеть на вас, а буду вниз смотреть. Не глядите и вы на меня до тех пор, пока я вас сама не попрошу. Садитесь же, -- прибавила она даже с нетерпением.
Новое ощущение видимо овладевало ею всё более и более.
Николай Всеволодович уселся и ждал; наступило довольно долгое молчание.
- Гм! Странно мне это всё, -- пробормотала она вдруг чуть не брезгливо, -- меня, конечно, дурные сны одолели; только вы-то зачем в этом самом виде приснились?
- Ну, оставим сны, -- нетерпеливо проговорил он, поворачиваясь к ней, несмотря на запрещение, и, может быть, опять давешнее выражение мелькнуло в его глазах. Он видел, что ей несколько раз хотелось, и очень бы, взглянуть на него, но что она упорно крепилась и смотрела вниз.
- Слушайте, князь, -- возвысила она вдруг голос, -- слушайте, князь...
- Зачем вы отвернулись, зачем на меня не смотрите, к чему эта комедия? - вскричал он, не утерпев.
Но она как бы и не слыхала вовсе.
- Слушайте, князь, -- повторила она в третий раз твердым голосом, с неприятною, хлопотливою миной в лице. - Как сказали вы мне тогда в карете, что брак будет объявлен, я тогда же испугалась, что тайна кончится. Теперь уж и не знаю; всё думала и ясно вижу, что совсем не гожусь. Нарядиться сумею, принять тоже, пожалуй, могу: эка беда на чашку чая пригласить, особенно коли есть лакеи. Но ведь все-таки как посмотрят со стороны. Я тогда, в воскресенье, многое в том доме утром разглядела. Эта барышня хорошенькая на меня всё время глядела, особенно когда вы вошли. Ведь это вы тогда вошли, а? Мать ее просто смешная светская старушонка. Мой Лебядкин тоже отличился; я, чтобы не рассмеяться, всё в потолок смотрела, хорошо там потолок расписан. Матери его игуменьей бы только быть; боюсь я ее, хоть и подарила черную шаль. Должно быть, все они аттестовали тогда меня с неожиданной стороны; я не сержусь, только сижу я тогда и думаю: какая я им родня? Конечно, с графини требуются только душевные качества, -- потому что для хозяйственных у ней много лакеев, -- да еще какое-нибудь светское кокетство, чтоб уметь принять иностранных путешественников. Но
страница 149