дал свою интерпретацию эпигонов этого персонажа, в которых "базаровщина" получила уродливо однобокое развитие (ср. с образом герценовского "базароида"). Вот почему для понимания той концепции поколений, которая дана в "Бесах" (идейная рознь и идейная преемственность между поколением западников 40-х н нигилистами 60-х годов), представляют несомненный интерес- в широком идеологическом плане - те исполненные острого драматизма отношения, которые сложились в конце 60-х годов между видным западником 40-х годов и признанным вождем нигилистов Герценом, с одной стороны, и молодой русской революционной эмиграцией с другой; отношения, которые сам Герцен во многом воспринял через призму романа "Отцы и дети".[332]

3

С февраля до конца весны 1870 г. главным стержнем романа, объединяющим пестрые внешние события, продолжает оставаться памфлет на либералов-западников и современных Нечаевых. Достоевский развивает и углубляет его путем тщательной разработки диалогических сцен, изображающих идейные споры Грановского, Князя, Шатова, Студента-нигилиста на политические и религиозно-философские темы. Памфлет оживляется занимательным и запутанным сюжетом с множеством действующих лиц, происшествий, скандалов, политических и любовных интриг (неудавшаяся помолвка или женитьба Грановского, сопровождаемая сплетнями и анонимными письмами; сложные отношения Князя с Воспитанницей и Красавицей и его любовное соперничество на этой почве с Грановским и Шатовым; подпольная деятельность Студента, прокламации, поджоги, убийство Шатова и т. д.).
Однако уже со второй половины февраля 1870 г. форма политического памфлета перестает удовлетворять писателя. Об этом свидетельствуют некоторые черновые записи.
Фигура Хроникера-рассказчика, своеобразного летописца необычайных губернских происшествий, появляется уже в февральских записях ("Систему же я принял ХРОНИКИ" - XI, 92). Писатель, однако, долго не может найти героя, который явился бы сюжетным центром повествования. Сначала подобная роль предназначалась Грановскому с его историей неудавшейся помолвки или женитьбы (см., например, запись от 18 февраля н. ст. 1870 г.: "Роман имеет вид поэмы о том, как хотел жениться и не женился Грановский" - XI, 92)..
Во второй половине февраля Достоевский делает попытку поставить в центре романа Студента (см. записи: "СТУДЕНТ В ФОРМЕ "ГЕРОЯ НАШЕГО ВРЕМЕНИ"" и "...потом всё связать с сыном и с отношениями Грановского к сыну (всё от него - как от "Героя нашего времени")") (XI, 115). Как показывают эти записи, Достоевский ориентируется на форму "Героя нашего времени", где история главного персонажа связывает ряд новелл в единое органическое целое. Вскоре Достоевский, однако, отказывается от этого намерения, справедливо усомнившись в способности своего хлестаковствующего нигилиста занять в романе место, подобное тому, которое занимает Печорин.
Во второй половине февраля 1870 г. писатель приходит к решению ввести в роман "истинно русского" героя, человека "почвы", которого можно было бы противопоставить космополитам-западникам, "чистым" и "нечистым", т. е. нигилистам. Реальным прототипом такого героя становится крестьянин-старообрядец Константин Ефимович Голубов. О нем Достоевский писал А. Н. Майкову еще в декабре 1868 г.: "А знаете ли, кто новые русские люди? Вот тот мужик, бывший раскольник ..., о котором напечатана статья с выписками в июньском[333] номере "Русского вестника". Это не тип грядущего русского человека, но, уж конечно, один из грядущих русских людей"
страница 404