Ты, может быть, прилегла бы, Marie?
Она не ответила и в бессилии закрыла глаза. Бледное ее лицо стало точно у мертвой. Она заснула почти мгновенно. Шатов посмотрел кругом, поправил свечу, посмотрел еще раз в беспокойстве на ее лицо, крепко сжал пред собой руки и на цыпочках вышел из комнаты в сени. На верху лестницы он уперся лицом в угол и простоял так минут десять, безмолвно и недвижимо. Простоял бы и дольше, но вдруг внизу послышались тихие, осторожные шаги. Кто-то подымался вверх. Шатов вспомнил, что забыл запереть калитку.
- Кто тут? - спросил он шепотом.
Незнакомый посетитель подымался не спеша и не отвечая. Взойдя наверх, остановился; рассмотреть его было в темноте невозможно; вдруг послышался его осторожный вопрос:
- Иван Шатов?
Шатов назвал себя, но немедленно протянул руку, чтоб остановить его; но тот сам схватил его за руку и - Шатов вздрогнул, как бы прикоснувшись к какому-то страшному гаду.
- Стойте здесь, -- быстро прошептал он, -- не входите, я не могу вас теперь принять. Ко мне воротилась жена. Я вынесу свечу.
Когда он воротился со свечкой, стоял какой-то молоденький офицерик; имени его он не знал, но где-то видел.
- Эркель, -- отрекомендовался тот. - Видели меня у Виргинского.
- Помню; вы сидели и писали. Слушайте, -- вскипел вдруг Шатов, исступленно подступая к нему, но говоря по-прежнему шепотом, -- вы сейчас мне сделали знак рукой, когда схватили мою руку. Но знайте, я могу наплевать на все эти знаки! Я не признаю... не хочу... Я могу вас спустить сейчас с лестницы, знаете вы это?
- Нет, я этого ничего не знаю и совсем не знаю, за что вы так рассердились, -- незлобиво и почти простодушно ответил гость. - Я имею только передать вам нечто и за тем пришел, главное не желая терять времени. У вас станок, вам не принадлежащий и в котором вы обязаны отчетом, как знаете сами. Мне велено потребовать от вас передать его завтра же, ровно в семь часов пополудни, Липутину. Кроме того, велено сообщить, что более от вас ничего никогда не потребуется.
- Ничего?
- Совершенно ничего. Ваша просьба исполняется, и вы навсегда устранены. Это положительно мне велено вам сообщить.
- Кто велел сообщить?
- Те, которые передали мне знак.
- Вы из-за границы?
- Это... это, я думаю, для вас безразлично.
- Э, черт! А почему вы раньше не приходили, если вам велено?
- Я следовал некоторым инструкциям и был не один.
- Понимаю, понимаю, что были не один. Э... черт! А зачем Липутин сам не пришел?
- Итак, я явлюсь за вами завтра ровно в шесть часов вечера, и пойдем туда пешком. Кроме нас троих, никого не будет.
- Верховенский будет?
- Нет, его не будет. Верховенский уезжает завтра поутру из города, в одиннадцать часов.
- Так я и думал, -- бешено прошептал Шатов и стукнул себя кулаком по бедру, -- бежал, каналья!
Он взволнованно задумался. Эркель пристально смотрел на него, молчал и ждал.
- Как же вы возьмете? Ведь это нельзя зараз взять в руки и унести.
- Да и не нужно будет. Вы только укажете место, а мы только удостоверимся, что действительно тут зарыто. Мы ведь знаем только, где это место, самого места не знаем. А вы разве указывали еще кому-нибудь место?
Шатов посмотрел на него.
- Вы-то, вы-то, такой мальчишка, -- такой глупенький мальчишка, -- вы тоже туда влезли с головой, как баран? Э, да им и надо этакого соку! Ну, ступайте! Э-эх! Тот подлец вас всех надул и бежал.
Эркель смотрел ясно и спокойно, но как будто не понимал.
-
страница 311