упорно;

Он унялся, но все от меня не отстал и за мною

Бледно-туманным столбом подвигался; когда же

случалось

Мне оглянуться, то чудилось мне, что этот

огромный

140 Столб с головой, что в меня упирались тускло и

зорко

С чудным каким-то миганьем глаза и кивала

Всякий раз голова, как будто меня понукая

Ехать вперед. Но порою мне просто казалось, что

этот

Странный гонитель мой был лесной водопад.

Наконец я,

Выехав из лесу, здесь очутился и встретился с

вами,

Добрые люди. Тогда пропал и упрямый мой

спутник".

Рыцарь кончил рассказ свой. "Мы рады тебе,

благородный

Гость наш, - сказал рыбак, - но пора о том нам

подумать,

Как бы тебе возвратиться в город". Ундина,

услышав

150 Эти слова, начала про себя тихомолком смеяться

С видом довольным. То рыцарь заметив, сказал ей:

"Ундина,

Разве ты рада разлуке со мною? Чему ты

смеешься?"

"Я уж знаю чему, - отвечала Ундина. - Отведай

Этот сердитый поток переплыть - верхом иль на

лодке,

Как угодно - ан нет, не удастся! а морем... давно я

Знаю, что этого сделать нельзя; и отец недалеко

В море уходит с лодкой своего. Итак, оставайся

С нами, рад ли, не рад ли. Вот чему я смеюся".

Рыцарь с улыбкою встал, чтоб видеть, так ли то

было,

160 Что говорила Ундина; встал и рыбак; а за ними

Вслед и она. И подлинно, все опрокинуто было

Бурей в лесу; поток разлился, и стал

полуостров

Островом. Рыцарь не мог о возврате и думать,

и должен

Был поневоле он ждать, пока в берега не вольется

Снова поток. Возвращаяся в хижину рядом с

Ундиной,

Он ей шепнул: "Что скажешь, Ундиночка? Рада ль,

что с вами

Я остаюся?" - "Полно, полно, - она проворчала,

Бровки нахмурив, - не вздумай тебя укусить я за

палец,

Ты бы не то рассказал нам об этой несносной

Бертальде".

Глава V

О ТОМ, КАК РЫЦАРЬ ЖИЛ У РЫБАКА В ХИЖИНЕ

1 Может быть, добрый читатель, тебе случалося в

жизни,

Долго скитавшись туда и сюда, попадать на такое

Место, где было тебе хорошо, где живущая в

каждом

Сердце любовь к домашнему быту, к семейному

миру

С новою силой в тебе пробуждалось; и снова ты

видел

Край родимый; и все обаяния младости, блага

Первой, чистой любви на могилах минувшего снова

В прежней красе расцветали, и ты говорил,

отдыхая:

Здесь живется сладко, здесь сердцу будет приютно.

10 Вспомнив такую минуту, когда очарованной думой

Ты обнимал безыменное, тайное счастье земное,

Ты, читатель, поймешь, что должен был чувствовать

рыцарь,

Вдруг поселившися в этом пределе, далеко от света.

Часто он с радостью тайной смотрел, как поток,

свирепея,

День ото дня расширялся, и остров все дале и дале

В море входил, разлучался с твердой землею;

казалось,

Мир кончался за ним. На сердце рыцаря стало

Тихо, светло и легко. Рыбак был мудрец

простодушный {6};

Зная людей, изведав тревоги житейские, бывши

20 Ратником сам в молодых летах, на досуге он

много

Мог рассказать про войну и про счастье, несчастье

земное;

Словом, он был живая летопись; время без скуки

Шло в разговорах меж старцем отжившим и

юношей, полным

Пламенной жизни: мудрость смиренная, прямо из

жизни

Взятая здравым рассудком и верою в бога,

вливалась

В душу Гульбранда и в ней поселяла блаженную

ясность.

Бодрый старик промышлял по-прежнему рыбною
страница 9