ловлей;

Был не без дела и рыцарь: в хижине, к счастью,

нашелся

Старый доспех рыбака, самострел; его починивши,

30 С ним ежедневно рыцарь ходил на охоту; а вечер

Вместе все перед ярким огнем проводили, и полный

Кубок тогда частенько постукивал в кубок: в запасе

Было вино, и нередко с ним длилась беседа до

поздней

Ночи. Но мирной сей жизни была душою Ундина.

В этом жилище, куда суеты не входили, каким-то

Райским виденьем сияла она: чистота херувима,

Резвость младенца, застенчивость девы,

причудливость Никсы,

Свежесть цветка, порхливость Сильфиды,

изменчивость струйки...

Словом, Ундина была несравненным, мучительно

милым,

40 Чудным созданьем; и прелесть ее проницала, томила

Душу Гульбранда, как прелесть весны, как

волшебство

Звуков, когда мы так полны болезненно сладкою

думой.

Но вертлявый, проказливый нрав и смешные

причуды Ундины

Были подчас и докучливой мукой; зато и журили

Крепко ее старики; и тогда шалунья так мило

Дулась на них, так забавно ворчала; потом так

сердечно

С ними, раскаясь, мирилась; потом проказила снова,

и снова

Ей доставалось; и все то было волшебною тайной

Сетью, которою мало-помалу опуталось сердце

50 Рыцаря. С нею он стал неразлучен; с каждою

мыслью,

С каждым чувством слилась Ундина. Но, им обладая,

Той же силе она и сама покорялась; хотя в ней

Все осталось по-прежнему - резвость, причуды,

упрямство,

Вздорные выдумки, детские шалости, взбалмошный

хохот,

Но Ундина любила - любила беспечно, как любит

Птичка, летая средь чистого неба {6}. Старик и

старушка,

Видя Ундину и рыцаря вместе, невольно привыкли

Их почитать женихом и невестой. И рыцарю также

Часто на мысль приходило, что в мир для него

невозвратно

60 Вход загражден, что с людьми никогда уж ему не

встречаться.

Если ж случалось, что рыцарев конь, на свободе

бродивший

По лугу, ржаньем своим его пробуждал и как

будто

Спрашивал: скоро ли в битву? иль если ему

попадался

Брошенный щит на глаза, иль праздно на стенке

висевший

Меч, ненароком сорвавшись с гвоздя, из ножон

выдвигался

В звонком паденьи, - дума о славе и подвигах

бранных

Душу его шевелила. Но в этой тревоге себя он

Тем утешал, что возврат для него невозможен;

к тому же

Мнилось ему, что Ундина была рождена не для

низкой

70 Доли; и, словом, он верил, что все то не случай,

а божий

Промысел было. И так один за другим неприметно

Дни уходили, ясные, тихие. Но и в спокойном

Этом быту напоследок случилось расстройство:

привыкли

Каждый вечер рыбак и рыцарь, отужинав, с полным

Кубком час-другой проводить в разговоре радушном;

Вдруг недостало вина: запас рыбака небогатый

Вышел; а нового взять было негде. Наморщив

Лбы, сидели Гульбранд и рыбак за столом;

а Ундина,

Глядя на них, умирала со смеху. Скучен и долог

80 Был тот вечер, и рано все разошлись. На другой

день

Около ужина вышла Ундина из хижины. "Вы мне.

Оба несносны, - сказала она, - не хочу я на ваши

Длинные лица смотреть и слушать вашу зевоту",

С этим словом захлопнула двери и скрылась.

А вечер

Был ненастен, ветер шумел, и море сердилось.

В страхе рыбак и рыцарь вскочили, вспомнив, как

в первый

Раз они перепуганы были Ундиной. Но только

В двери за нею они собрались побежать, как

Ундина

Им навстречу
страница 10