Моему дорогому и вечному добровольцу


     …А добрая воля

     Везде — одна!


     Dunkle Zypressen!

     Die Welt ist gar zu lustig.

     Es wird doch alles vergessen. [1 - Темные кипарисы!      Мир чересчур весел.      И всё будет забыто (нем.).]


     — Через десять лет забудут!

     — Через двести — вспомнят!

         (Живой разговор летом 1928 г. Второй — я.)



ВАЛ

— Каб не чех!

— Каб не тиф!

Кто-то: — эх!

Кто-то: — жив


бы Колчак…

Солнцепёк.

Солончак.

Перекоп —


Наш. Семивёрстная мозоль

На вражеских глазах.

Земля была суха, как соль,

Была суха, как прах.[2 - Прах — слявянское порох. (Примеч. М. Цветаевой.) ]


Не то копыт, не то лопат

Стук: о костяк — костыль.

Земля была суха — как склад,

Почуявший фитиль!


— Ой, долго ли? Ой, скоро ли?

Нудá, нудá, нудá[3 - От нудить, существительное. (Примеч. М. Цветаевой.) ]

Все вялено, все солоно:

Земля, вода, еда.


Позевывай… постреливай…

К концу — к концу — к концу…

Чтó пили вы? чтó ели вы?

Камсу! камсу! камсу!


Бросит сын мой — дряхлой Европе

(Богатырь — здесь не у дел):

— Как мой папа — на Перекопе

Шесть недель — ежиков ел!


Скажет мать: — Евшему — слава!

И не ел, милый, а жрал.

Тем ежам — совесть приправой.

И поймет — даром, что мал!


Осточертевшая лазорь.

(С нее-то и ослеп

Гомер!)

       …была суха, как соль,

Была суха, как хлеб —


Тот, неразмоченный слезой

Паёк: дары Кремля.

Земля была — перед грозой

Как быть должна земля.[4 - То есть: земля была как должна быть перед грозой земля. (Примеч. М. Цветаевой.) ]


— Шутка ли! В норах!

После станиц-то!

Чтó мы — кроты, что ль?

Суслики, что ль?


Есть еще порох

В пороховницах,

И в солоницах

Совести — соль!


Безостановочный — не тек

Пот: просыхал, как спирт.

Земля была суха, как стог,

Была суха, как скирд.


Ни листик не прошелестит.

Флажок повис, как плеть.

Земля была суха, как скит,

Которому гореть.


Заступ. Сапог.

Насыпь? Костяк.

Коп — пере — коп.

Так — пере — так.


Пышущий лоб.

Высохший бак.

Коп — пере — коп.

Так — пере — так.


Вознагради тебя Трисвят,

Вал стародавен ханск!

Лепили — в Маркова ребят,

А получал — Армянск.


Хотели в глаз, садили в бровь,

Садили вкось и вкривь.

(Там перекапывалась новь,

Окапывалась — бывь.)[5 - Там — на Перекопе. Красными перекапывалась новь, белыми окапывалась бывь. (Примеч. М. Цветаевой.) ]


— В тартарары тебя, тельца ласкова:

«Всем, всем, всем!»[6 - Телец ласковый — Керенский. От долгого сидения — оглядывались, вспоминали. (Примеч. М. Цветаевой.) ]

На солнцепёке — учба солдатская:

— При — цел: семь!


В тартарары с тобой (эх, не ты б-не ты!)

Шло — шла — шли.[7 - Шло — всё, шла — Россия, шли — все мы. (Примеч. М. Цветаевой.) ]

— По наступающему противнику,

Ро — та! — пли!


На вал взойди, лбом к северу:

Руси всея — лицо.

В тылу — родство последнее:

Щемиловка-сельцо.


В плечах — пруды Сивашевы,

Сольца, гнильца сплошна.

С него и кличка нашему

Сиденьицу пошла:


Щемиловско. Ни нам, ни им!

В иные времена

Дает же Бог местам иным

Такие имена!


Курск — действуем, Керчь — пьянствуем,

Да, но сидим в селе

Щемиловке.

     …Дно — станция,

А то —
страница 1
Цветаева М.И.   Перекоп