курила папироски и думала; а взор ее иногда так подолгу останавливался на Андрее, что Сергей Алексеевич крикнул:

- Тетка, проснитесь!

Лежа ночью в беседке, недоумевал Андрей, к чему уж очень ласкова с ним Анфиса Петровна, и боялся, как бы и здесь не подгадить, не сорваться, а доверие оправдать вполне. И чем дольше Андрей думал над Баклушиными, тем больше путался, и так с перепутанными мыслями он и уснул.

Назавтра, только что Андрей воткнул в дерево топор, глядя на пеструю сиворонку, распустившую с шумливым клекотом на сухой ветке нарядные крылья и хвост, как Анфиса Петровна открыла окно и позвала.

- Птица какая, видели? - сказал Андрей, обернув к тетушке веселое лицо. - Будто на радость к нам прилетела...

И, встретив глаза Анфисы Петровны, Андрей любовно заглянул в их глубину и заметил, что они вдруг испугались, сморщились у концов и помутнели... Анфиса Петровна быстро захлопнула окно. Андрей же нагнул голову, удивился и пошел в дом.

В гостиной Анфиса Петровна приказала Андрею сесть в кресло напротив себя, открыла большую книгу и заговорила, вертя черепаховый нож:

- Я знаю, что отец Нил выучил тебя грамоте в один месяц и ты много читал. Дело вот в чем: в этой книге прямо-таки доказывается, что бог есть создание нашего воображения, и все религиозные писатели и аскеты жестоко заблуждались... Ты, Андрей, умный, молодой и талантливый мужик... Да неужто с твоими увлечениями и исканием правды ходить по монастырям или жить в лесу, как дикий человек... Тебе врали, затемняли сознание, учили басням... Боже, сколько сделано зла... Андрей, ты должен вступить на истинную дорогу; я всю ночь не спала, вот что придумала: я приготовлю тебя за восемь классов экстерном, ты поступишь в университет, и, кто знает, может быть, в тебе скрывается великий ученый, писатель или философ...

От волнения с носа Анфисы Петровны соскочило пенсне. Андрей же, ничего не поняв, перепугался.

- Пойми, Андрей, - продолжала тетушка, - ах, я всегда мечтала всю жизнь посвятить себя большому делу - сделать человека... Сергей молод и... право... в нем дурные наклонности, а ты, как дуб, земляной и цельный...

- Вы это для спасения души? - спросил Андрей.

- Ах, нет же... что за манера!.. Так вот, хочешь, сейчас мы начнем Первый урок из французского. Будь внимателен и скажи, когда утомишься...

Анфиса Петровна поближе пересела к Андрею, все еще не в силах совладать а тиком в глазах и легким задыханием, что делалось у нее от радостного волнения, а -в это время, говоря: "Тетка, я есть хочу", - вышел из кабинета Сергей Алексеевич.

Андрей вскочил ему навстречу, а тетка покраснела, опустив книгу,

- Это вы за него принялись? - наморща лоб и сунув руки в карманы, сказал Сергей Алексеевич. - Да вы, тетка, действительно оригинальная женщина.

НЕОЖИДАННАЯ СМЕЛОСТЬ

Тогда, неожиданно для всех и для самой Анфисы Петровны, вскочила она, изменяясь в лице, затопала ногами и закричала:

- Ты, молокосос, еще меня учить хочешь: у тебя всякие пакости в голове, а не идеи, бездельник и Митрофан!.. Боже мой!.. Разве в мое время смели над старшими издеваться... Как ты войти сюда осмелился без спросу! В лакейскую тебя - сапоги чистить... Натерпелась я, возьму сейчас и уеду... оставайся один...

В необыкновенном волнении убежала Анфиса Петровна в спальню, щелкнула ключом... и стало тихо...

- Вот так рассердилась, - молвил Сергей Алексеевич, - никогда с ней этого не бывало... а ведь она уедет, ей-богу уедет.

- У ней доброты много, - сказал
страница 192
Толстой А.Н.   Собрание сочинений (Том 1)