перебирая их, - ну, хорошо, - сидит он, сидит, вдруг видит - кто-то идет к нему по воде...

- Ох!

- Васён, это ты толкнула?..

- Кто это трогает?..

- Тише, девки!

- Идет она, идет к нему по воде, - деда взял страх. Прижался он в беседке, в углу, не шевелится... А ночь была лунная, как сейчас... Это белое - идет, идет по воде. Остановилось у беседки. И дедушка видит, что это покойная бабушка к нему пришла...

- Ой, боюсь!..

- Да кто это меня трогает, в самом деле?,

- Будет вам, девки...

- Ну, хорошо. Надо бы ему тогда не глядеть, зажмуриться. А он взгляни. Бабушка засмеялась и указала ему пальцем на глаза. Дед встал со скамейки и пошел... Сошел с лесенки в воду. А бабушка смеется, манит его, летит по воде... Дед уже по пояс зашел - она манит. Деду вода уже по горло - идет... А впереди - омут. Дед - поплыл, хочет ее схватить. А бабушка наклонилась к нему и ушла с ним под воду, в бучило, где сомы с усищами...

Девушки полегли друг на дружку...

- Сергей! - крикнул вдруг в кустах чей-то голос. Девушки тихо застонали от страха. Сергей поднял голову.

- Что тебе, Никита?

- Пожалуйста, - мне тебя нужно.

- Я после приду.

- Понимаешь, случилась неприятная история.

- Опять история.

Сергей с неохотой поднялся, перепрыгнул через ноги девушек и пошел за Никитой к пруду.

- Аи да Налымов, - засмеявшись, сказал Сергей, узнав обо всем. - Аи да Мишука. Надо его проучить. Где он сейчас?

- Кажется, сидит в беседке. Он ходил к Верочкину окну и кричал ей, чтобы вышла - разговаривать. Он уверен, что она придет.

Никита слегка задыхался, поспевая за широко шагающим по мокрой траве Сергеем. Заблестели лунные отблески черного пруда. В беседке белела поддевка Налымова.

Мишука, сидя в беседке, думал, что стариков Репьевых ни капли не боится, но все же ему было скверновато на душе.

"Завелись около два кобеля, - думал он, - хвостом завертела... Царапаться... Я сам царапну... Приемыш, - моли бога, - жениться посулил... А Сережку с Никитой вот этим угощу..."

Мишука мрачно осмотрел волосатый кулак. В это время послышались голоса, раздвинулись кусты, на поляне перед беседкой забелел пиджачок Никиты, рядом с ним, шибко, дерзко шагал вымазанный, как черт, Сергей...

Мишука в уме быстро сосчитал до десяти, загадав, что если Сергей в это время не успеет дойти до мостков, то - хорошо. Сергей дошел. Мишука засопел. Сергей, встав перед ним, спросил нахально:

- Я бы хотел знать - что это все значит?

- То есть как это - что значит?

- Я спрашиваю: как понять твою наглость по отношению Веры?

Никита сочувственно закивал: так, так...

- Убирайся, послушай, к чертям, - сказал Мишука.

- С удовольствием. Предварительно нам только придется с тобой стреляться.

- Что? - Мишука привстал.

Но Сергей сейчас же ударил его по щеке. Мишука опять сел, страшно сопя, - начал расправлять локти, но соображение у него работало туго.

- Ну, ну, - только сказал он. Братья Репьевы озабоченно ушли.

Мишука, все свирепея, сидел на лавке, пот лился по его вискам и носу из-под фуражки... Наконец он замахнулся и со всей силы ударил по столу доска треснула.

Взяв дуэльный ящик, братья бегом вернулись к пруду, но беседка была пуста. Сергей крикнул:

- Налымов, Мишка, Мишука!

В ответ лишь завозилась грачиха в гнезде в темных ветлах.

- Вот тебе раз, - сказал Сергей, - удрал. Ну, погоди!

Он зарядил пистолеты и выстрелил два раза в воздух... Круглое эхо покатилось по пруду.
страница 103
Толстой А.Н.   Собрание сочинений (Том 1)