- нет сестрицы. И видит - на берегу башмаки ее лежат и поясок.

Сел Иван и заплакал. А дни идут, солнце ближе к земле надвигается.

Настала купальская неделя.

"Уйду, - думает Иван, - к чужим людям век доживать, вот только лапти новые справлю".

Нашел за озером липку, ободрал, сплел лапти и пошел к чужим людям.

Шел, шел, видит - стоит голая липка, с которой он лыки драл.

"Ишь ты, назад завернул", - подумал Иван и пошел в другую сторону.

Кружил по лесу и опять видит голую липку.

- Наважденье, - испугался Иван, побежал рысью.

А лапти сами на старое место загибают... Рассердился Иван, замахнулся топором и хочет липку рубить. И говорит она человеческим голосом:

- Не руби меня, милый братец...

У Ивана и топор вывалился.

- Сестрица, ты ли?

- Я, братец; царь водяной меня в жены взял, теперь я древяница, а с весны опять русалкой буду... Когда ты с меня лыки драл, наговаривала я, чтобы не уходил отсюда далеко.

- А нельзя тебе от водяного уйти?

- Можно, найти нужно Полынь-траву на зыбком месте и мне в лицо бросить.

И только сказала, подхватили сами лапти, понесли Ивана по лесу.

Ветер в ушах свистит, летят лапти над землей, поднимаются, и вверх в черную тучу мчится Иван.

"Не упасть бы", - подумал и зацепился за серую тучу - зыбкое место.

Пошел по туче - ни куста кругом, ни травинки. Вдруг зашевелился под ногами и выскочил из тучевой ямы мужичок с локоток, красная шапочка.

- Зачем сюда пришел? - заревел мужичок, как бык, откуда голос взялся.

- Я за Полынь-травою, - поклонился Иван.

- Дам тебе Полынь-траву, только побори меня цыганской ухваткой.

Легли они на спины, по одной ноге подняли, зацепились, потянули.

Силен мужичок с локоток, а Ивану лапти помогают. Стал Иван перетягивать.

- Счастье твое, - рычит мужичок, - быть бы тебе на седьмом небе, много я закинул туда вашего брата. Получай Полынь-траву. - И бросил ему пучок.

Схватил траву, побежал вниз Иван, а мужичок с локоток как заревет, как загрохочет и язык красный из тучи то метнет, то втянет.

Добежал до липки Иван и видит - сидит на земле страшный дед, водит усами...

- Пусти, - кричит Иван, - знаю, кто ты, не хочешь ли этого? - И ткнул водяному в лицо Полыньтравою.

Вспучился водяной, лопнул и побежал ручьем быстрым в озеро.

А Иван в липку бросил Полынь-траву, вышла из липки сестрица Марья, обняла брата, заплакала, засмеялась.

Избушку у озера бросили они и ушли за темный лес - на чистом поле жить, не разлучаться.

И живут неразлучно до сих пор и кличут их всегда вместе - Иван да Марья, Иван да Марья.

ВЕДЬМАК

На пне сидит ведьмак, звезды считает когтем - раз, два, три, четыре... Голова у ведьмака собачья и хвост здоровенный, голый.

...Пять, шесть, семь... И гаснут звезды, а вместо них на небе появляются черные дырки. Их-то и нужно ведьмаку - через дырки с неба дождик льется.

А дождик с неба - хмара и темень на земле. Рад тогда ведьмак: идет на деревню людям вредить.

Долго ведьмак считал, уж и мозоль на когте села. Вдруг приметил его пьяненький портной: "Ах ты, говорит, гад!" - И побежал за кусты к месяцу - жаловаться. Вылетел из-за сосен круглый месяц, запрыгал над ведьмаком - не дает ему звезд тушить. Нацелится ведьмак когтем на звезду, а месяц, - тут как тут, и заслонит.

Рассердился ведьмак, хвостом закрутил - месяц норовит зацепить и клыки оскалил.

Притихло в лесу. А месяц нацелился - да как хватит ведьмака
страница 4
Толстой А.Н.   Сказки