Павле: "Рече Павел (ученикам Иоанновым): аще убо дух свят прияли есте, веровавше; оии же реша к нему: но ниже аще дух снятый есть, слышахом. Рече же к ним: во что убо крестистеся; они же рекоша: во Иоанвово крещение. Рече же Павел: Иоанн убо крести крещением покаяния, людям глаголя, да во грядущего по нем веруют, сиречь во Христа Иисуса. Слышавше же крестишася во имя господа Иисуса. И воаложшу Павлу на ня руце, прииде Дух святый на ня" (Деян. 19, 2--6) (стр. 349 и 350).

Усвоенный иерархией обман для уверения паствы, что Христос установил таинства, состоит, как мы видели, в том, чтобы в случае малейшего намека Христом или апостолами на какое-нибудь внешнее действие приписать этому действию несвойственное ему значение таинства и утверждать, что Христос установил таинство. Но этот обман имеет хоть какую-нибудь обманчивость только при крещении; при других же даже нет повода к обману, и иерархия должна выдумывать и самый повод, как она и делает в этом случае. Из того, что Христос сказал: "веруяй в мя, якоже рече писание, реки от чрева его истекут воды живы", из этого следует, что надо всех мазать маслом, и что это сообщает всем особую благодать.

И идет изложение догмата таинства.

ї 209. "Видимая сторона таинства миропомазания" (стр.355). Видимая сторона та, что мажут маслом крестообразно и говорят слова. Всё это доказывается свящ. писанием.

ї 210. "Невидимые действия таинства миропомазания и его неповторяемость) (стр. 360). Невидимое действие то, что дух святой входит в того, кого мажут, и входят: 1) благодать, вразумляющая в истинах веры; 2) утверждающая в благочестии. Упоминается о том, что прежде от этого мазания начинали пророчествовать и говорить языками, теперь уже этого нет -- только входит дух святой.

ї 211. "Кому принадлежит право совершать таинство миропомазания, над кем и когда оно должно быть совершаемо?" (стр. 364). Мазать может и священник, а не один только епископ. И потому католики неправы. И это очень подробно доказывается.

ї 212. "Связь с предыдущим, понятие о таинстве евхаристии, его превосходство и разные названия".

Через таинство крещения мы вступаем в благодатное парство Христово чистыми, оправданными, возрожденными для жизни духовной. В таинстве миропомазания приемлем в себя благодатные силы, необходимые для нашего укрепления и возрастания в жизни духовной. Наконец в таинстве евхаристии мы удостоиваемся для той же высокой цели вкушать спасительную пищу и питие -пречистую плоть и кровь нашего господа Иисуса, и преискренне соединяемся с самим "источником живота" (Пс. 35, 10) (стр. 369).

Это таинство, в котором мы преискренне соединяемся с богом, превосходит другие:

1) Преизбытком таинственности и непостижимости. В прочих таинствах непостижимо собственно то, что под известным видимым образом невидимо действует на человека благодать божия, а самое вещество таинств, например, в крещении -- вода, в миропомазании -- св. миро, остается неизменным. Здесь, напротив, изменяется самое вещество таинства: хлеб и вино, сохраняя один вид свой, чудесно претворяются в истинное тело и кровь нашего господа и потом уже, будучи приняты верующими, невидимо производят в них свои благодатные действия.

2) Преизбытком любви к нам господа и чрезвычайным величием дара, преподаваемого в этом таинстве. В других таинствах господь Иисус сообщает верующим в него те или другие частные дары спасительной благодати, сообразно с существом каждого таинства, -- дары, которые он приобрел для людей своею крестною смертию.
страница 131
Толстой Л.Н.   Исследование догматического богослова