неприятельским, хотя и не важен, но по причине малолюдства был чувствителен. В числе убитых находились: поручик и артиллерийский сержант.

Около 1 февраля производилась в городке, занимаемом бунтовщиками, пушечная пальба и колокольный звон, во весь день продолжавшийся. Причиною такого торжества была свадьба: Пугачеву понравилась дочь отставного козака Кузнецова, Устинья, девка самая обыкновенная, достойная грубого вкуса его, и он на ней женился. Свадьба сия поколебала доверенность простолюдинов к мятежному предводителю. Простые умы народа легковерного сколь легко могли быть обольщены, столь же легко и освободиться от заблуждения. Начали сомневаться в том, чтобы Пугачев был царь, за какового его выдавали сообщники; удивились, что столь важная особа могла жениться на простой девке; многие о сем говорили самому самозванцу; но когда он объявил, что тому, кто впредь станет ему так говорить, будет отвечать виселицею, тогда все умолкли; простолюдины, от страха смерти, величали Устинью, кланялись ей до земли, целовали руку ее и изъявляли ей другие почести, забывая, сколько все это не шло к лицу Устиньи.

Вскоре после сего бунтовщики приступили к построению батареи. Место выбрали на яру Старицы, из которой был ими сделан приступ, позади изб; вблизи находилась их низменная батарея, отстоящая от крепости не более 20 сажен. Надлежало уничтожить их намерение, и 9 февраля сделана из крепости вылазка, которая достигнула батарей и строений, не быв примечена; стали оные зажигать. Тогда бунтовщики ударили всполох и под предводительством самого Пугачева бросились к сему месту, принудя гарнизон возвратиться в крепость. При сем случае хотя и не все строения сожжены, однако и батареи и ближайшие дворы сгорели без остатка, и место пред крепостью очистилось на 50 сажен. Сия успешная вылазка отняла у бунтовщиков способ нападать на крепость из ближайшего пункта, каким было обожженное место. Гарнизон во время вылазки сей потерял не мало храбрых людей.

При сей вылазке случилось любопытное происшествие: 7-й команды унтер-офицер Сапугольцов, находившийся и прежде на всех вылазках, зажигая одну избу, не заметил, что прочие солдаты, с ним бывшие, возвратились к ретраншементу, а он остался только сам-третей, быв окружен мятежниками. Товарищи его были убиты, а он, тяжело раненый, не имея силы к продолжению сражения, лег в избе против дверей под лавку с тем, дабы последним выстрелом поразить того, кто войдет, и потом умереть смертию храброго. Пугачев с обнаженною саблею первый вбежал в избу; Сапугольцов выстрелил, но, ослабевший от ран, сделал выстрел неверный; пуля пролетела мимо злодея, задев одно его платье. - Ожесточенный неприятель изрубил сего храброго солдата на части.

В ретраншементе находилась соборная церковь с высокою колокольнею. Та и другая с валом переднего фаса составляли одну линию. Колокольня, выше Оренбургской, имела свободный ход под самый верх; над самыми колоколами были два подмоста, из коих на высшем - во все стороны восемь окон. Сие огромное здание было сильнейшею в крепости батареею; на него подняты были две 3-х-фунтовые пушки, первая - под самые колокола, которые по сей причине сняты, а другая - на верхний подмост, высотою от земли одна на 9, а последняя на 13 сажен. Там же беспрестанно находились искуснейшие стрелки. Не проходило дня, в который бы не было с колокольни убито несколько неприятелей, иногда шесть человек и более, так что в окружности ни конный, ни пеший не смел показаться. Пушки делали вред за версту; особенно при штурме
страница 40
Пушкин А.С.   Замечания о бунте