привязанности составляет мою добродетель, следовательно, говорит Анна Петровна, немного стоит добродетель ваша! А она соблюдает молчание. — [Керн: ] Молчание знак согласья. [Родзянко: ] и справедливо. Скажи пожалуй, что вздумалось тебе так клепать на меня, за какие проказы? — за какие шалости? — но довольно, пора говорить о литтературе с тобою нашим Корифеем. — [Керн: ] Ей богу он ничего не хочет и не намерен вам сказать! насилу упросила! — Если б вы знали, чего мне это стоило! — [Родзянко: ] Самой безделки; придвинуть стул, дать перо и бумагу и сказать: пишите. [Керн: ] Да спросите, сколько раз повторить это должно было! — [Родзянко: ] Repetitia est mater studiorum. [317 - Повторение — мать учения.] — Зачем не во всем требуют уроков, а еще более повторений, жалуюсь тебе, как новому Оберону, отсутствующий, ты имеешь гораздо более влияния на ее, нежели я со всем моим присутствием, письмо твое меня [318 - меня переделано из ко мне] гораздо боле поддерживает, нежели всё мое красноречие. [Керн: ] Je vous proteste qu'il n'est pas dans mes fers! [319 - Уверяю вас, что он не в плену у меня.] — [Родзянко: ] а чья вина? — вот теперь вздумала мириться с Ермолаем Федоровичем, снова пришло остывшее давно желание иметь законных детей, и я пропал, тогда можно было извиниться молодостию и неопытностию, а теперь чем? — ради бога, будь посредником! — [Керн: ] Ей богу я этих строк не читала! — [Родзянко: ] Но заставила их прочесть себе 10 раз. [Керн: ] Право не 10. - [Родзянко: ] а 9 — еще солгал. Пусть так, [320 - От Но заставила кончая Пусть так приписано сбоку страницы.] тем то Анна Петровна и очаровательнее, что со всем умом и чувствительностию [светской] образованной женщины, она изобилует такими детскими хитростями — но прощай, люблю тебя и удивляюсь твоему гению, и восклицаю:

О, Пушкин, мот и расточитель
Даров поэзии святой
И молодежи удалой
Гиерофант и просветитель,
Любезный женщинам творец,
Певец [бр[одяг]] разбойников, Цыганов,
Безумцев, рыцарей, Русланов, [321 - Русланов над зачеркнутым Цыганов]
Скажи, чего ты не певец.

Моя поэма Чупка скончалась на тех отрывках, что я тебе читал, а две новые сатиры пошлю в скорости напечатать.

Аркадий Родзянко.

[А. П. Керн:]

Вчера он был вдохновен мною! и написал — Сатиру — на меня. Если позволите, я вам ее сообщу.

Стихи на счет известного примирения Соч. Арк.[адий] Родз.[янко] сию минуту.

"Поверьте толки все [322 - Переделано из все слова] рассудка
Была одна дурная шутка,
Хвостов [в] лирических певцах;
Вы не притворно рассердились
Со мной нарочно согласились,
И кто, кто? — я же в дураках.



И дельно; в век наш греховодный
Я вздумал нравственность читать;
И совершенство посевать
В душе к небесному холодной;
Что ж мне за все советы? — Ах!
Жена, муж, оба с мировою
Смеются под нос надо мною:
Прощайте, будьте в дураках!"

NB:

Эти стихи сочинены после благоразумнейших дружеских советов, и это было его желание, чтоб я их здесь переписала.


169. H. H. Раевский-сын — Пушкину. 10 мая 1835 г. Белогородка или Белая Церковь.

B. [323 - Название местности сперва было написано полностью; затем, видимо допустив ошибку, Раевский стал менять его, и, так как получилось неразборчиво, сократил.] le 10 de Mai.

Pardon, mon cher ami, si j'ai passé tant de temps sans vous écrire; mais les occupations de service, le manque de temps et de société qui puisse tirer mon esprit de son engourdissement m'ont
страница 97
Пушкин А.С.   Переписка 1815-1825