судить.

Аполлинария Панфиловна.До свидания!
(Уходит.)

Вера Филипповна(у двери в коридор). Кто там? Проводите Аполлинарию Панфиловну…

Входит Огуревна.



ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ


Вера Филипповна и Огуревна.

Огуревна.Сам-то уснул, я у него старичка посадила.

Вера Филипповна.Поди-ка посиди в передней; а то взойдет кто, и доложить некому.

Огуревна.Чай, там есть кто, неужто ж нет! Да что мудреного! Ишь у нас какой присмотр-то в доме! Как сам захворал, так никакой строгости не стало.
(Отворяет дверь в переднюю.)Да и то никого нет.

Вера Филипповна(садится к столу). Много ль у меня денег-то осталось?
(Вынимает из кармана деньги.)О, еще довольно! Надо б их в шкап убрать, да пусть здесь полежат, кто их тронет.
(Кладет на стол деньги.)Куда мне завтра-то?
(Берет бумажку со стола и читает.)«На Разгуляй, ко вдове с сиротами». Муж на железной дороге, так машиной убило. Да, вот она, жизнь-то. И день и ночь при машине, семью-то и видел не надолго. А машина… ведь она железная – разве она чувствует, что он один кормилец-то. Убила, да и дальше пошла. А вдове-то с детьми каково!

Входит Огуревна.

Огуревна.Матушка, Константин Лукич пришел с некием странником.

Вера Филипповна.Ну что ж, пусти!

Огуревна.Матушка, пускать ли странника-то? Вида-то он, как бы тебе сказать, больше звериного, ничем человеческого.

Вера Филипповна.С виду-то и ошибиться недолго. Ничего, пусти!

Огуревнауходит.Вера Филипповна отходит от стола к дивану.

Входят Константин, одет бедно, пальто короткое, поношенное, панталоны в сапогах, и Иннокентий.



ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ


Вера Филипповна, Константин и Иннокентий.

Вера Филипповна.Милости прошу. Присядьте!

Константин.С Хитрова рынка пешком путешествовали, так отдохнуть надо.
(Садится.)

Иннокентий.Благодарим, государыня милостивая.
(Садится.)

Вера Филипповна.Как же ты, Константин Лукич, устроиться думаешь? К месту бы куда определился, что ли.

Константин.Что мне к месту, я сам человек богатый.

Вера Филипповна.Ну, полно шутить-то!

Константин.Наследства жду.

Вера Филипповна.Откудова?

Константин.Об этом разговор после. Вы бы, тетенька, покормили странных-то!…

Вера Филипповна.Я не знала, что ты голоден. Подите вниз, там внизу стол накрыт, покушайте!

Константин.Я сухояденья не люблю; прежде надо горло промочить.

Вера Филипповна.Негде взять, миленький, мы вина не держим.

Константин.Были б деньги, а вина достать можно.

Вера Филипповна.Так возьми денег и ступайте, куда вам нужно; а в моем доме пьянства я не позволю.

Константин.«В твоем доме»! Мой дом-то, а не не твой!

Вера Филипповна.Что же делать; на то была воля Потапа Потапыча!

Константин.Ну, дом, куда ни шло; ты хоть деньгами поделись.

Вера Филипповна.Я и поделилась, я за вас долги заплатила.

Константин.Этого мало, ты подай половину всего!

Вера Филипповна.Так не просят.

Константин.Да я и пришел к тебе не просить, а требовать; я за своим пришел, тут все мое. Вон на столе деньги, и те мои. Прибирай, Иннокентий, благо карманы широки.

Иннокентий берет деньги со стола.

Это раз! Теперь надо пощупать, что в шкапу лежит, это будет другой.

Вера Филипповна.Что вы делаете, побойтесь бога!

Константин.Иннокентий, с тобой разрыв-трава?

Иннокентий.Со мной, государь милостивый.
(Вынимает небольшой лом.)

Константин.Так похлопочи около шкапа-то! Постой! Не придушить ли ее немного, чтоб не тараторила?

Иннокентий.Как прикажешь, милостивец. Только у меня рука тяжела, после моих рук
страница 25
Островский А.Н.   Сердце не камень