есть, это так точно.

Поликсена(смеясь). Яблоков уберечь не можете, а хотите…

Мавра Тарасовна.Погоди, Глеб, постой! до тебя очередь после дойдет.
(Медленно подходит к Поликсене.)Это ты что же, миленькая, с кем так разговариваешь?

Поликсена.Сама про себя. Да я уж и забыла, что сказала.

Мавра Тарасовна.Ты не огорчайся, что ты позабыла; я запомню. Будешь ты сидеть дома под замком вплоть до свадьбы.

Поликсена.До какой свадьбы?

Мавра Тарасовна.А вот когда я найду тебе, миленькая, жениха по своей мысли.

Поликсена.А коли найдете по своей мысли, так сами за него и выходите, а мне какая надобность.

Мавра Тарасовна.Уж извини, надобностей твоих мы разбирать не станем, а отдадим за кого нам нужно.

Поликсена.Утешайтесь в мыслях-то, утешайтесь!

Мавра Тарасовна.Да не то что в мыслях, а и на деле будет то самое. Знаю я это твердо и так-то покойна, как нельзя быть лучше.

Поликсена.Бывает, что и бегают из дому-то.

Мавра Тарасовна.Бегают, у кого привязки нет.

Поликсена.А меня что удержит?

Мавра Тарасовна.Приданое богатое. Пожалеешь его, миленькая, не бросишь. Да вот что: уж очень ты разговорилась, – а птица ты еще не велика, и не пристало мне с тобой много разговорных слов говорить. Есть у тебя охота, так болтай с нянькой. На то она в доме, чтоб твои глупости слушать, за то ей и жалованье платят. Ты грезишь, словно к зубам, а она поддакивает, – вот вам и занятие, – будто дело делаете. Мне распорядок в доме вести, а не балясы с вами точить. А ты мне убегом не грози! Коли замки у нас старые плохи, так слесаря нам по знакомству новые сделают, покрепче.

Поликсена.И вы мне, бабушка, замками не грозите! Кому неволя опротивеет, кто захочет из нее вырваться, тот себе дорогу найдет.

Мавра Тарасовна.Куда это, не слыхать ли?

Поликсена(на ухо бабушке). В могилу.
(Уходит.)

Мавра Тарасовна(вслед ей). Ну, миленькая, не вдруг-то туда сберешься, подумаешь прежде.



ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ


Мавра Тарасовна, Глеб.

Мавра Тарасовна.Где же, Меркулыч, яблоки-то?

Глеб.Яблоки? Это точно, как я теперь замечаю, их бы надо больше быть, – умаление есть.

Мавра Тарасовна.Да от чего умаление-то?

Глеб.Вот что, сударыня, Мавра Тарасовна: я их стеречь приставлен…

Мавра Тарасовна.Ну да, ты; я с тебя и спрашиваю.

Глеб.Позвольте! Я их стеречь приставлен, так вы себя успокойте, я вам вора предоставлю.

Мавра Тарасовна.Давно б тебе догадаться. Да ты, пожалуй, далеко искать станешь, так не скоро найдешь; не поискать ли нам самим поближе?

Глеб.Я вам вора предоставлю; потому мне тоже слушать такие слова от вас – ой-ой!

Мавра Тарасовна.Напраслину терпишь, миленький, задаром обидели?

Глеб.Что угодно говорите, на все ваша воля… А только я вам вот что скажу: нам без ундера никак нельзя.

Мавра Тарасовна.Какого, миленький, ундера, на что он нам?

Глеб.У ворот поставить. Сторожка у нас новая построена, вот он тут и должен существовать.

Мавра Тарасовна.У нас дворники есть.

Глеб.Ну, что дворники! Мужики – одно слово.

Мавра Тарасовна.Ундер ундером, это наше дело; а я с тобой об яблоках толкую.

Глеб.Да ундер для всего лучше, особливо если с кавалерией. Кто идет – он опрашивает: к кому, зачем; кто выходит – он осмотрит, не несет ли чего из дому. Как можно! Первое дело – порядок, второе дело – вид. Купеческий дом, богатый, да нет ундера у ворот – это что ж такое!

Мавра Тарасовна.Ундера, это правда, для всякой осторожности… Я прикажу поискать.

Глеб.А вора, вы не беспокойтесь, я вам найду, я его устерегу.
страница 4
Островский А.Н.   Правда – хорошо, а счастье лучше