кадрель. Ну, хоть будь он какой советник, а то люди говорят, что он какой-то лишний на белом свете.

Поликсена.Так ты не хочешь? Говори прямо: не хочешь!

Филицата.Да с какой стати, и с чем это сообразно, коли тебя за енарала…

Поликсена(доставая деньги). Так вот что: поди, купи мне мышьяку!

Филицата.Ай, батюшки! Ай, что ты, греховодница!

Поликсена(отдавая деньги). Купи мне мышьяку! А если не купишь, я сама пойду.
(Уходит.)

Филицата.Ай, погибаю, погибаю! Вот когда моей головушке мат пришел.



ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ


ЛИЦА:


3ыбкина.

Платон.

Мухояров.

Филицата.

Сила Ерофеич Грознов, отставной унтер-офицер, лет 70-ти, в новом очень широком мундире старой формы, вся грудь увешана медалями, на рукавах нашивки, фуражка теплая.

Бедная, маленькая комната в квартире Зыбкиной. В глубине дверь в кухню, у задней стены диван, над ним повешены в рамках школьные похвальные листы, налево окно, направо шкафчик, подле него обеденный стол; стулья простой, топорной работы. На столе тарелка с яблоками.



ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ


3ыбкина(сидит у окна), входит Платон.

Платон(садится утомленный). Готово. Теперь чист молодец, все заложил, что только можно было. Семи рублей не хватает, так еще часишки остались.

Зыбкина.А как жить-то будем?

Платон.А как птицы живут? У них денег нет. Только бы долг-то отдать, а то руки развязаны. Вот деньги-то.
(Подает Зыбкиной деньги.)Приберите! Завтра снесем.

Зыбкина.А как жалко-то; столько денег в руках, и вдруг их нет.

Платон.Да ведь нечего делать: и плачешь, да отдаешь.

Зыбкина.Уж это первое дело – долг отдать, петлю с шеи скинуть, – последнего не пожалеешь. Бедно, голо, да зато совесть покойна, сердце на месте.

Платон.Как это, маменька, приятно, что у нас с вами мысли одинакие.

Зыбкина.А ты думаешь, ты один честный-то человек. Нет, и я понимаю, что коли брал, так отдать надо. Просто уж это очень.

Платон.А как я давеча этой ямы испугался.

Зыбкина.Ну вот! Да разве я допущу? Я последнее платье продам. Мухояров за тобой из трактира присылал, дело какое-то есть.

Платон.Надо идти, у него знакомства много, работы не достану ли через него.

Зыбкина.Поди. Убытку не будет, дома-то делать нечего.

Платон уходит.

Перечесть деньги-то да в комод запереть.
(Считает деньги и запирает в шкафчик.)

Входит Филицата.



ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ


Зыбкина, Филицата.

Филицата.Снова здорово, соседушка!

Зыбкина.Здравствуй, Филицатушка! Садись! Как дела-то: по-прежнему, аль что новое есть?

Филицата.Ох, уж и не говори! Голова кругом идет.

Зыбкина.Была у колдуна-то?

Филицата.Была. До утра ворожбу-то отложили; уж завтра натощак, что бог даст; а теперь другая забота у меня. Вот видишь ли: хозяева наши хотят ундера на дворе иметь, у ворот поставить.

Зыбкина.Что ж, дело хорошее, при большом доме не лишнее.

Филицата.Вот я и ездила за ним, у меня знакомый есть; да куда ездила-то! В Преображенское. Привезла было его с собой, да не вовремя: видишь, дело-то к ночи, теперь хозяевам доложить нельзя, забранятся, что безо времени беспокоят их; а до утра чужого человека в доме оставить не смеем.

Зыбкина.Так вели ему завтра пораньше явиться, а теперь пусть домой идет.

Филицата.Что ты, что ты! Уж куда ему назад плестись да завтра опять такую даль колесить! Я его и сюда-то, в один конец, насилу довезла, боялась, что дорогой-то развалится.

Зыбкина.Старенький?

Филицата.Ветхий старичок.

Зыбкина.Так на что ж вам такого?

Филицата.Да что ж у нас работа, что ль,
страница 10
Островский А.Н.   Правда – хорошо, а счастье лучше