СПб., 1914, с. 386).] и которую предполагалось перепечатать под заглавием «M-lle Annette», с подзаголовком: «Повесть» и за подписью: «Н. Н. Станицкий» в томе шестом сборника «Для легкого чтения» (СПб., 1857) (см.: С, 1857, № 4, отд. IV, с. 60)[57 - См. также: Чернышевский, т. IV, с. 581.]. Повесть в печати не появилась, хотя причины для цензурного запрещения не было. Тем не менее извещение в «Современнике» можно рассматривать как указание на то, что часть четырнадцатая «Мертвого озера» была написана, по-видимому, Панаевой[58 - Если это действительно так, то этот текст после соответствующих переделок мог перейти в «Мертвое озеро» либо из романа «Актриса», либо из части второй повести «Пасека» — произведений, обещанных автором, но, по-видимому, незавершенных (см. выше).].

Прямые и косвенные приметы авторского участия Некрасова обнаруживаются, таким образом, почти в каждой части романа[59 - Важнейшие данные для атрибуции дают лексико-синтаксические сопоставления, но они составляют предмет специального исследования и не могут войти в состав данного комментария.].Этому заключению, правда, противоречит то обстоятельство, что на титуле «Мертвого озера» фамилия «Н. Н. Станицкий» значилась первой. Но это было сделано, по всей вероятности, для популяризации нового имени, последовательно осуществлявшейся в «Современнике» в 1849–1851 гг. и опережавшей возможности автора.

Наблюдения над историей журнального текста (см. выше, с. 249–255) согласуются с предположительным заключением о почти единоличном участии Некрасова в написании «Мертвого озера».

Когда в конце 1848 г. в «Современнике» было объявлено, что в следующем году, кроме продолжения «Трех стран света», появятся два романа Н. Н. Станицкого — «Актриса» и «Озеро смерти» (последний в соавторстве с Некрасовым) (см. выше), это означало, что «Актриса» должна была увидеть свет ранее, ибо «Озеро смерти» заняло бы все номера журнала после майской книжки, в которой завершилась публикация «Трех стран света». Последовательность работы, следовательно, могла быть только такая: пока Панаева пишет «Актрису», Некрасов работает над первыми частями «Озера смерти». Таким образом, подтверждается сделанное на основании других наблюдений предположение о том, что части первая и вторая, напечатанные в январской и февральской книжках журнала, принадлежат Некрасову. Далее же, когда авторам пришлось подготавливать текст к каждой новой журнальной книжке, справиться с этим мог только Некрасов. И не случайно в периоды особой загруженности Некрасова текущими журнальными делами объем публикуемых фрагментов резко сокращался. Панаева не могла подменить Некрасова.


7

У любителей занимательного чтения — для них в первую очередь было предназначено «Мертвое озеро» — роман имел несомненный успех.

С удовольствием прочитал роман пятнадцатилетний Н. А. Добролюбов. «Превосходная вещь», — отозвался он в дневнике о первых частях романа (августовская запись 1851 г.). Сентябрьская запись о части шестой: «Эта часть «Мертвого озера» особенно хороша» [60 - Добролюбов Н. А. Дневники. 1851–1859. 2-е изд. М., 1932, с. 48.]. Добролюбов не согласился со своей знакомой А. Ф. Щепотьевой, которая «хвалила «Полину Бутлер», «Ветку фуксии», «Семейную тайну», бранила «Вечного жида», «Парижские тайны», «Мертвое озеро», восхищалась «Тремя мушкетерами»» (Добролюбов, т. VIII, с. 425). «Прекрасный роман», — таково общее впечатление Добролюбова (январская запись 1852 г.) [61 - Там же.]. Примечательно, что с годами это впечатление не изгладилось. В
страница 418
Некрасов Н.А.   Том 10. Мертвое озеро