Глава первая


о том, как Кук завтракал и какая мысль посетила его перед зеркалом


Отставной армейский капитан Иван Егорович Кук сидел у стола за завтраком. Перед ним стояло несколько тарелок с закуской; посредине возвышался полуштоф с виньеткою, как нельзя более соответствующею его содержанию. Капитан уже хотел проглотить последнюю рюмку водки и встать из-за стола, как вдруг в комнату вошел молодой человек.

– - Рекомендуюсь,-- сказал он,-- ваш покорный слуга, Андрей Чугунов…

– - Ну а отчество? -- перебил капитан.

– - Петрович,-- отвечал молодой человек.

"Сюртук на нем как сюртук, да жилет что-то подозрителен: пуговицы не все; карманы новехоньки, а перед вытерт",-- говорил про себя капитан, оглядывая пришедшего.

– - Ну а звание? -- наконец спросил он, не зная, предложить незнакомцу стул или нет.

– - Представлен к первому чину.

– - Садитесь, покорнейше прошу,-- произнес капитан.-- Вам, конечно, угодно было познакомиться?

– - Да-с, у меня есть до вас нужда, и я решился говорить с вами откровенно…

– - Благодарю.

– - Не стоит благодарности.

– - Ну, об чем же вы решились говорить со мной откровенно… серьезное что?

– - Вот видите: я хочу жениться…

– - Жениться? Так вам хочется знать мое мнение… Оно конечно, я могу вам сказать…

– - Я не об том хочу говорить… Вот видите… Вы так уважаемы в нашем городе, об вас известно…

– - Так вы хотите, чтоб я был у вас посаженым отцом… Оно конечно; насчет этого я могу вам сказать…

– - Вы не так меня поняли… Я хочу сказать, что об вас известно, что вы человек довольно богатый…

– - Ну так вы хотите занять у меня денег… Оно конечно…

– - Да-с, вы угадали. Мне нужно на свадьбу по крайней мере тысячу рублей, а у меня нет…

– - Но беда, что нет… Есть верно, то можно дело поправить…

– - То-то нет… Мне нечего продать, нечего заложить; если б на вексель, не более как на четыре месяца…

– - Оно конечно, на этот счет я могу вам сказать… Нет, я ничего не могу вам сказать!

– - За меня поручится наш секретарь, советник, если угодно…

– - Помилуйте, что это? пустяки; разве без поруки нельзя; велика ли сумма… Тот поступил бы слишком бессовестно, кто потребовал бы этого.

Лицо молодого человека осветилось улыбкой надежды. --- Вы судите, как прилично благородному человеку; не знаю, чем возблагодарить…

– - И, помилуйте! за что? жаль, что у меня теперь денег нет, а то сейчас доказал бы вам, как ничтожна такая сумма и как недостойна она того, чтоб много об ней говорить…

Лицо молодого человека помрачилось, как небо перед грозой.

– - Вы… так вы… не хотите мне дать денег?

– - Как не хотеть… хочу -- да не могу… Обратитесь к Домне Семеновне Абрикосовой…

– - Я был у нее: она отказала… впрочем, как я заметил из ее поступков, она не отказала бы, если б… она показывала мне глазами…

– - Двери? -- перебил Кук.-- Как невежливо!

– - Ну, может быть, и не двери, а…

– - Так извините!

Молодой человек раскланялся и ушел, очень опечаленный. Кук задумался. Долго он думал; думы его вертелись около одного неприятного сознания, что ему через неделю стукнет сорок три года. Странно создана голова человеческая! Поутру Кук был весел как нельзя более, и вдруг не прошло часа, как лицо его обезобразилось горестию. Отчего? Неужели виною тому этот молодой человек? но какое же отношение имеет его дело до лет храброго капитана? Никакого; не тут должно искать начала грустного раздумья Кука. Он просто любил, как и сам выражался, "вступать в мысленный разговор с самим
страница 1
Некрасов Н.А.   Капитан Кук