сцены.

                                Г-о-т-о-в-о!

                        Давай!



                              ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

На  зареве  северного  сияния шар земной, упирающийся полюсом в лед пола. По

всему  шару  лестницами  перекрещиваются  канаты  широт и долгот. Между двух

моржей,  подпирающих  мир, эскимос-охотник, уткнувшись пальцем в землю, орет

                другому, растянувшемуся перед ним у костра.

                                  Охотник

                        Эйе!

                        Эйе!

                                   Рыбак

                        Горланит.

                    100 Дела другого нет -

                        пальцем землю тыркать.

                                  Охотник

                        Дырка!

                                   Рыбак

                        Где дырка?

                                  Охотник

                        Течет!

                                   Рыбак

                        Что течет?

                                  Охотник

                        Земля!

                                   Рыбак

                   (вскакивая, подбегая и засматривая под

                             зажимающий палец)

                        О-о-о-о!

                        Дело нечистых рук.

                        Черт!

                    110 Пойду предупрежу полярный

                        круг.

   Бежит. На него из-за склона мира наскакивает выжимающий рукава немец.

         Секунду ищет пуговицу и, не найдя, ухватывает шерсть шубы.

                                   Немец

                        Гер эскимос!

                        Гер эскимос!

                        Страшно спешно!

                        Пара минут...

                                   Рыбак

                        Ну?

                                   Немец

                        Так вот - сегодня сижу я это у себя в ресторане

                        на Фридрихштрассе.

                        В окно солнце

                    120 так и манит.

                        День,

                        как буржуй до революции, ясен.

                        Публика сидит

                        и тихо шейдеманит.

                        Суп съев,

                        смотрю я на бутылочные эйфели.

                        Думаю:

                        за какой мне приняться беф?

                        Да и приняться мне за беф ли?

                    130 Смотрю -

                        и в горле застрял обед:

                        что-то неладное с Аллеей Побед.

                        Каменные Гогенцоллерны,

                        стоявшие меж ромашками,

                        вдруг полетели вверх тормашками.

                        Гул.

                        На крышу бегу.

                        Биясь вокруг трактирного остова,

                        безводный прибой,

                    140 суетне вперебой,

                        бежал,

                        кварталы захлёстывал.

                        Берлин - тревожного моря бред,

                        невидимых волн басовые ноты.

                        И за,

                        и над,

                        и под,

                        и пред -

                        домов
страница 3
Маяковский В. В.   Мистерия-буфф