первоначально называлась поэма, однако заглавие это не было пропущено цензурой. Ярко выраженная жертвенность, индивидуализм лирического "я" оказывается верностью интересам новой духовной общности – пролетариату. В ходе русской революции 1905 г. Горький писал: "Коллективная психология в наши дни должна быть наиболее интересна и близка всякому мыслящему человеку". Главную роль в становлении этой психологии играла, по мнению писателя, "историческая и политическая юность русского народа, русского пролетариата". И хотя развязка поэмы не содержит какого-либо традиционного разрешения коллизии, поскольку все главные мотивы конфликта – буржуазная мораль, строй, искусство, религия – сохраняют пока свое господство, герой "Облака" в финале полон оптимистического ощущения своей силы, красоты, молодости: "Эй, вы! / Небо! / Снимите шляпу! / Я иду!..", "Мир огромив мощью голоса, / иду – красивый, / двадцатидвухлетний". Мотив дороги, возникающий в прологе и заключительных строках "Облака", связывает индивидуальную судьбу героя с широким мировым пространством и бесконечно углубляет перспективу произведения. Мироздание не представляется больше М. царством абсурда и хаоса, залог разрешения мучительного противоречия между буржуазной действительностью и революционным грядущим – в высочайшем напряжении духа лирического героя поэмы, мужественной воле его исторического предвидения и пророчества, эмоциональном предощущении в себе гармонии и гуманности грядущей жизни. "Ему действительно надо было "мир огромить мощью голоса",- пишет о М. Л.

Тимофеев.- Его стих действительно должен был стать криком, превращенным в определенную эстетическую, художественно функционирующую категорию". Уже в "Облаке" проявляются основы тех новых принципов стиха, которые сделали поэзию М. новаторским явлением и в области формы. М. освободил стих от обязательных канонов размера, акцентируя смысловую ударность и усиливая внимание к содержанию неожиданной рифмовкой. Он не только ввел в язык поэмы "корявый говор миллионов", но и сдвинул слово с мертвой точки вписывания, доведя до предела его эмоциональную емкость.


В течение осени – зимы 1915 г. М. работал над новой поэмой "Флейта-позвоночник", продолжившей, вслед за "Облаком", трактовку любви как знамени и знамения нового мира и человека. В октябре 1915 г. М. был призван на военную службу. "Теперь идти на фронт не хочу,- напишет он в автобиографии.- Притворился чертежником.

Ночью учусь у какого-то инженера чертить…" В этом же году М. знакомится с Горьким, читает ему главы "Облака в штанах", глубоко потрясшие писателя. Чтение это состоялось в июле 1915 г. на даче Горького в Мустамяках, под Петроградом. С возникновения в 1915 г. горьковской "Летописи" все внимание М. привлечено к этому журналу. Сотрудничество в "Летописи", встречи, беседы с Горьким во многом определили направление идейного и художественного развития М. в предреволюционные годы, непосредственно сказались в его работе над двумя большими поэмами – "Война и мир", "Человек". В 1916 г. издательство "Парус", руководимое Горьким, издало первый сборник стихов М. "Простое как мычание", а в 1917 г.- поэму "Война и мир".


События первой империалистической войны, невиданный, поистине мировой масштаб всеобщего страдания сделали для М. проблему "вой-‹ ны и мира" частью проблемы "человек и вселенная". Человек, мыслящий и чувствующий в масштабах вселенной, и вселенная, сопереживающая каждому движению сердца человека,- таков характер поэтического преломления М. традиционной
страница 6
Маяковский В. В.   Биобиблиографическая справка