кочуют кочки,
И все идут, идут
Ночлеги, ночи, ночки -
Как бы слепых везут.

9 января 1937



***

Дрожжи мира дорогие:
Звуки, слезы и труды -
Ударенья дождевые
Закипающей беды
И потери звуковые -
Из какой вернуть руды?

В нищей памяти впервые
Чуешь вмятины слепые,
Медной полные воды,-
И идешь за ними следом,
Сам себе немил, неведом -
И слепой и поводырь...

12 - 18 января 1937



***

Влез бесенок в мокрой шерстке -
Ну, куда ему, куды? -
В подкопытные наперстки,
В торопливые следы;
По копейкам воздух версткий
Обирает с слободы.

Брызжет в зеркальцах дорога -
Утомленные следы
Постоят еще немного
Без покрова, без слюды...
Колесо брюзжит отлого -
Улеглось - и полбеды!

Скучно мне: мое прямое
Дело тараторит вкось -
По нему прошлось другое,
Надсмеялось, сбило ось.

12 - 18 января 1937



***

Еще не умер ты, еще ты не один,
Покуда с нищенкой-подругой
Ты наслаждаешься величием равнин
И мглой, и холодом, и вьюгой.

В роскошной бедности, в могучей нищете
Живи спокоен и утешен.
Благословенны дни и ночи те,
И сладкогласный труд безгрешен.

Несчастлив тот, кого, как тень его,
Пугает лай и ветер косит,
И беден тот, кто сам полуживой
У тени милостыню просит.

15 - 16 января 1937



***

В лицо морозу я гляжу один:
Он - никуда, я - ниоткуда,
И все утюжится, плоится без морщин
Равнины дышащее чудо.

А солнце щурится в крахмальной нищете -
Его прищур спокоен и утешен...
Десятизначные леса - почти что те...
И снег хрустит в глазах, как чистый хлеб, безгрешен.

16 января 1937



***

О, этот медленный, одышливый простор! -
Я им пресыщен до отказа,-
И отдышавшийся распахнут кругозор -
Повязку бы на оба глаза!

Уж лучше б вынес я песка слоистый нрав
На берегах зубчатой Камы:
Я б удержал ее застенчивый рукав,
Ее круги, края и ямы.

Я б с ней сработался - на век, на миг один -
Стремнин осадистых завистник,-
Я б слушал под корой текучих древесин
Ход кольцеванья волокнистый...

16 января 1937



***

Что делать нам с убитостью равнин,
С протяжным голодом их чуда?
Ведь то, что мы открытостью в них мним,
Мы сами видим, засыпая, зрим,
И все растет вопрос: куда они, откуда
И не ползет ли медленно по ним
Тот, о котором мы во сне кричим,-
Народов будущих Иуда?

16 января 1937



***

Не сравнивай: живущий несравним.
С каким-то ласковым испугом
Я соглашался с равенством равнин,
И неба круг мне был недугом.

Я обращался к воздуху-слуге,
Ждал от него услуги или вести,
И собирался плыть, и плавал по дуге
Неначинающихся путешествий.

Где больше неба мне - там я бродить готов,
И ясная тоска меня не отпускает
От молодых еще воронежских холмов
К всечеловеческим, яснеющим в Тоскане.

18 января 1937



***

Я нынче в паутине световой -
Черноволосой, светло-русой,-
Народу нужен свет и воздух голубой,
И нужен хлеб и снег Эльбруса.

И не с кем посоветоваться мне,
А сам найду его едва ли:
Таких прозрачных, плачущих камней
Нет ни в Крыму, ни на Урале.

Народу нужен стих таинственно-родной,
Чтоб от него он вечно просыпался
И льнянокудрою, каштановой волной -
Его звучаньем - умывался.

19 января 1937



***

Где связанный и пригвожденный стон?
Где Прометей - скалы подспорье и пособье?
А коршун где - и желтоглазый гон
Его
страница 48
Мандельштам О.Э.   Осип Мандельштам. Сочинения