бы твое и мое положение в обществе были одинаковы... Положим, говорят, что любовь выше всяких сословных и иных предрассудков... Но нет, нет! Я останусь твердым и самоотверженным.

О боже мой! Как быстро разлетаются мои бедные, наивные, смешные мечты! Я пишу эти строки, а за стеной капитан, лежа в кровати, играет на гитаре и пост сиплым голосом старинную-старинную песню.

"Жалкий человечишка! - говорю я самому себе. - Для того, чтобы ты не набивал себе голову праздным и невыполнимым вздором, сядь и назло самому себе запиши слова:

Юный прапорщик армейский Стал ухаживать за мной, Мое сердце встрепенулось К нему любовью роковой.

Моя маменька узнала, Что от свадьбы я не прочь, И с улыбкою сказала: "Слушай, миленькая дочь!

Юный прапорщик армейский Тебя хочет обмануть. От руки его злодейской Трудно будет усклизнуть".

Юный прапорщик армейский Проливал потоки слез. Как-то утром на рассвете В ближайший городок увез.

Там в часовне деревянной, Пред иконою творца, Поп какой-то полупьяный Сочетал наши сердца.

А потом в простой телеге Он домой меня отвез. Ах! Как это не по моде. Много пролила я слез.

Нет ни сахару, ни ча-аю, Нет ни пива, ни вина. Вот теперь я понимаю, Что я прапора жена... Вот теперь я понимаю, Что я прапора жена.

Да, да,стыдись, бедный армейский прапорщик. Рви себя за волосы! Плачь, плачь в тишине ночи! Спасибо, Василий Акинфиевич, за мудрый урок".

24 сентября

И ночь, и любовь, и луна, как поет мадам Рябкова, жена командира второй роты, на наших полковых вечерах... Я никогда, даже в самых дерзновенных грезах, не смел воображать себе такого упоительного счастья. Я даже сомневаюсь, не был ли весь сегодняшний вечер сном - милым, волшебным, но обманчивым сном? Я и сам не знаю, откуда взялся в моей душе этот едва заметный, но горький осадок разочарования?..

Я пришел к пристани поздно. Кэт дожидалась меня, сидя на высокой каменной балюстраде, окаймляющей площадку пристани.

- Так что ж, едем? - спросил я. Кэт еще плотнее укуталась в свою накидку и нервно содрогнулась под ней плечами.

- О нет, слишком холодно... Смотрите, какой туман на воде...

Действительно, темная поверхность озера видна была только на пять шагов. Дальше вставали и двигались неровные, причудливые клочья седого тумана.

- Походимте лучше по саду, - сказала Кэт. Мы пошли. В этот странный час светлой и туманной осенней ночи запущенный парк казался печальным и таинственным, как заброшенное кладбище. Луна светила бледная. Тени оголенных деревьев лежали на дорожках черными, изменчивыми силуэnами. Шелест листьев под нашими ногами путал нас.

Когда мы вышли из-под темного и как будто бы сырого свода акаций, я обнял Кэт за талию и тихо, но настойчиво привлек ее к себе. Но она и не сопротивлялась. Ее тонкий, гибкий, теплый стан слегка лишь вздрогнул от прикосновения моей руки, горевшей точно в лихорадке. Еще минута - и ее голова прислонилась к моему плечу, и я услышал нежный аромат ее пушистых, разбившихся волос.

- Кэт... как я счастлив... Как я люблю вас. Кэт... Я обожаю вас... Мы остановились. Руки Кэт обвились вокруг моей шеи. Мои губы увлажнил и обжег поцелуй, такой долгий, такой страстный, что кровь бросилась мне в голову, и я зашатался... Луна нежно светила прямо в лицо Кэт, в это бледное, почти белое лицо. Ее глаза увеличились, стали громадными ив то же время такими темными и такими глубокими под длинными ресницами, как таинственные пропасти. А ее влажные губы звали все к новым, неутоляющим, мучительным поцелуям.

- Кэт...
страница 22
Куприн А.И.   Прапорщик армейский