вестники разве жидкость? Значит, я могу выпить воду, тут нечего бояться. Но я не могу найти воды. Я ходил по комнате и искал её. Я попробовал сунуть в рот ремешок, но это была не вода. Я сунул в рот календать – это тоже не вода. Я плюнул на воду и стал искать вестников. Но как их найти? На что они похожи? Я помнил, что не мог отличить их от воды, значит, они похожи на воду. Но на что похожа вода? Я стоял и думал. Не знаю, сколько времени стоял я и думал, но вдруг я вздрогнул.

– Вот вода!– сказал я себе.

Но это была не вода, это просто зачесалось у меня ухо.

Я стал шарить под шкапом и под кроватью, думая хотя бы там найти воду или вестника. Но под шкапом я нашёл среди пыли только мячик, прогрызенный собакой, а под кроватью какие-то стеклянные осколки.

Под стулом я нашёл недоеденную котлету. Я съел её, и мне стало легче. Ветер уже почти не дул, а часы спокойно тикали, показывая правильное время: без четверти четыре.

– Ну, значит, вестники уже ушли,– сказал я себе и начал переодеваться, чтобы идти в гости.


22 августа 1937 года

Даниил Иванович Хармс



Личное пережевание одного музыканта


Меня назвали извергом.

А разве это не так?

Нет, это не так. Доказательств я приводить не буду.



* * *


Я слышал, как моя жена говорила в телефонную трубку какому-то Михюсе, что я глуп.

Я сидел в это время под кроватью и меня не было видно.

О! что я испытывал в этот момент!

Я хотел выскочить и крикнуть: «Нет, я не глуп!»

Воображаю, что бы тут было!



* * *


Я опять сидел под кроватью и не был виден.

Но зато мне-то было видно, что этот самый Михюся проделал с моей женой.



* * *


Сегодня моя жена опять принимала этого Михюсю.

Я начинаю думать, что я, в глазах жены, перехожу на задний план.

Михюся даже лазал в ящиках моего письменного стола.

Я сам сидел под кроватью и не был виден.



* * *


Я сидел опять под кроватью и не был виден.

Жена и Михюся говорили обо мне в самых неприятных выражениях.

Я не вытерпел и крикнул им, что они всё врут.



* * *


Вот уже пятый день, как меня избили, а кости всё ещё ноют.


1935—1936 гг.

Даниил Иванович Хармс



* * *


Петя входит в ресторан и присаживается к столику | официант приносит карточку и кладёт её перед Петей | Петя выбирает «бёф-буи» и говорит официанту


Петя

Дайте мне, если можно, бёф-буи.


Официант

Чего изволите?


Петя

Если можно, бёф-буи.


Официант

Как вы сказали?


Петя (краснея )

Я говорю, мне бёф-буи.


Официант (выпрямляясь)

Что прикажете?


Петя (испуганно)

Дайте мне бёф…


официант выпрямляется, Петя вздрагивает и замолкает | некоторое время – молчание


Официант

Что прикажете подать?


Петя

Я бы хотел, если можно…


Официант

Чего изволите?


Петя

Бёф-буи, бёф-буи.


Официант

Как?


Петя

Бёф…


Официант

Бёф?


Петя (радостно)

Буи!


Официант (с удивлением)

Буи?


Петя (кивая головой)

Бёф-буи. Бёф-буи.


Официант (задумчиво)

Бёф-буи?


Петя

Если можно.


официант стоит задумавшись некоторое время, потом уходит | Петя придвигает стул к столу и собирается ждать | через некоторое время появляется второй официант, подходит к Пете и кладёт перед ним карточку | Петя с удивлением смотрит на официанта


1935—1936 гг.

Даниил Иванович Хармс



* * *


Шёл трамвай, скрывая под видом двух фонарей жабу. В нём всё приспособлено для сидения и стояния. Пусть безупречен
страница 40
Хармс Д.И.   Рассказы, сценки, наброски