пока муж ее не воротился из дворца.
Полюбин. Вы напрасно огорчаетесь: у вас нет родителей, - кто вас может
приневолить? Вы выбрали человека по сердцу, от вас зависит его счастие.
Варинька. Без согласия моих покровителей! чтоб меня после называли
неблагодарной! ни за что в свете. (Подходя к окну) Посмотрите, посмотрите,
он же на улице переодевается.
Полюбин. Кто? Беневольский? (Смотрит в окно и хохочет)
Варинька. Нет, не только теперь, - если б я и вас не знала, ни под
каким видом не вышла бы замуж за этого безумного. Хорошо вам смеяться: вы
сами себе господин. Ах! он сюда идет; прощайте! пойду в спальню к Настасье
Ивановне. Может быть, она встала. Приезжайте ужо, простите. (В дверях)
Будьте же здесь ужо непременно, а то мы нынче съезжаем на дачу. Бог знает,
когда увидимся.


ЯВЛЕНИЕ 5

Полюбин, вскоре после Беневольский

Полюбин (смотря на часы). Теперь половина одиннадцатого, во дворце еще
не вышли к обедне, - Звёздов не так скоро воротится. Можно
полюбопытствовать, что за человек этот Беневольский. Вот он сам и в пух
расфранчен.
Беневольский (шаркая). Ваш покорнейший слуга-с.
Полюбин. Здравствуйте!
Беневольский. Позвольте с вами познакомиться.
Полюбин. Очень рад вас видеть.
Беневольский. Что-с? так точно-с. (В сторону) Непостижимо. Я верно в
сорок раз его умнее: отчего я робею, а он нет?
Полюбин (в сторону). Бесценный. И это мой соперник.
Беневольский. Позвольте спросить: я кажется, если не ошибаюсь, имею
честь говорить с вами?
Полюбин. Вы не ошибаетесь.
Беневольский (в сторону). Как краткословеи! Он меня убивает.
Полюбин. Вы недавно сюда приехали?
Беневольский. С час будет.
Полюбин. Из Казани?
Беневольский. Я сын волжских берегов.
Полюбин. Вам здесь всё должно быть ново?
Беневольский. Ничто не ново под солнцем.
Полюбин. Но приезжего из Казани многое кое-что должно здесь удивить.
Беневольский. Меня ничего. Признаюсь вам, я столько читал, что ничем не
удивлен. Это мое несчастие.
Полюбин. Может, не успели еще видеть ничего удивительного?
Беневольский. Помилуйте. Эти воды, пересекающие во всех местах
прекраснейшую из столиц и вогражденные в берега гранитные, эта спокойная
неизмеримость Невы, эти бесчисленные мачты, как молнией опаленный лес - вы
это называете неудивительным?
Полюбин. Не я, а вы: вы сказали, что ничем уже не удивляетесь.
Беневольский. Я разумел моральные явления,
Полюбин. Когда ж вы могли их видеть? Вы сейчас из повозки. - Что ж вы
располагаете вдаль? Какой род жизни вы намерены выбрать?
Беневольский (приосанившись). Вы знаете, как меня зовут?
Полюбин. Беневольский, кажется.
Беневольский. Да-с.
Полюбин. Так что ж?
Беневольский. Вы, конечно, читали "Сына Отечества"? там эти безделицы,
я их, ей-богу, полагаю безделицами, так... опыты, конечно, часто счастливые,
удачные, они подписаны литерами Е. А. Б. и несколько точек, вместо имени -
Евлампий Аристархович Бенееольсккй.
Полюбин. Имени вашего не забуду; но я не читаю "Сына Отечества".
Беневольский. Нет! Ну, так "Вестника Европы"?
Полюбин. Тоже нет.
Беневольский. Помилуйте, а "Музеум"? Вы, конечно, любите "Музеум"?
Московский "Музеум"?
Полюбин. Я даже не знаю, есть ли он на свете,
Беневольский.
страница 4