вздрогнула, как будто бы впервые

Услышала она слова такие.

И даже что-то изменилось в ней:

Весь облик стал и легче, и нежней,

И был теперь уже не бел, а розов.

Вот-вот заговорит, казалось, прозой

И станет женщиной. Однако, нет.

Лишь, розового не меняя цвета,

Сказала: «Отчего-то это

Не приходило мне еще на ум.

Как странно! Было, ведь, немало дум.

Два раза шел, и даже не случайно,

Я мимо рая. К белым воротам

Меня влекла несознанная тайна.

Уж видели и тамошние дети,

Но тут старик, опять рукой грозя,

Мне закричал: „Тебе туда нельзя!“—

Два раза так. Ужель пойду и в третий?»

В восторге Данте закричал: «О да!

Но в третий раз пойдете вы туда

Не так, и не один — со мной вдвоем.

Старик не зол, не думайте о нем,

Обоих нас он не прогонит прочь.

О, знал же я, что вам могу помочь!

Идем скорее. Где дорога?» Тень,

Однако, покачала головою:

«Теперь нельзя. Домой теперь идите,

Сейчас у вас еще покуда день,

Но дверь запрут. Ее я не открою,

И вы в аду, пожалуй, просидите.

Нет, вы за мною после приходите».

Дант сдвинул брови: «После? Но когда?»

— «Я времени не знаю. Всё равно.

Не знаю, что сегодня, что давно.

Когда успеете… и захотите».

— «О, захотеть… Но где ж я вас найду?

В последний круг я больше не пойду».

— «Я тотчас знаю, кто по ступеням

Спускается неосторожно к нам.

Мы встретимся… Но только знайте, верьте:

Всё это может вам грозить и смертью».

Но Дант опять на спутницу взглянул

Заботливо, серьезно и любовно,

И руку ей, как равный, протянул,

Сказав: «Отвечу я немногословно:

Алигиери именем клянусь —

Что я для вас и смерти не боюсь!

Приду, приду…»

                И так они расстались.



IV РАЙ 



1 Intermezzo

«Как захотите — вот и приходите»,—

Сказала Данту, с ним прощаясь, Тень.

О, если так,и дело в «захотите»—

Идти хотел он на другой же день.

«Но почему прибавила туманно:

„Когда успеете“?.. — Вот это странно!

Ведь времени-то вовсе нет в аду…

Да что тут думаться Завтра и пойду»,—

Решил он твердо. Был в решеньях смел.

Их взвешивать — не то что не умел,

Но если общий план казался строен —

Себя не утруждал, и был спокоен.

И вот, мечтая о грядущем дне,

Уж видел он и стертые ступени,

Что в ад спускаются. А там, на дне,

Он видел, как идет навстречу Тени,

И как вдвоем идут они туда,

Где он доселе не был никогда,

Но будет завтра с нею… «Что сказать

Привратнику? Он может помешать,

Как помешал не раз,— два раза,— Тени…

И все ж я поклялся — и мы пойдем!

Не я один, и не она — вдвоем!»

Дант делал множество предположений:

«Да вот: я попросту скажу ему,

Что к родичу пришел я своему.

Что он давно уж посылал за мной,

Он хочет повидаться, да и с той,

Которую я тоже взял с собой.

С ним сговоримся вмиг… Он даст совет…

Да, хорошо… А если вдруг да предка,

Столь славного,— пока еще там нет?

Вдруг он еще в Чистилище? Нередко

Ведь там сидят по пять и шесть столетий,

Пока не станут чистыми, как дети…

У предка ж знаменитого грехов

Немало было… Вот и не готов.

Не Дон-Жуана ль вызвать? О, скандал!

Его-то уж наверно не видал

Никто по тем местам, и не увидит.


Его привратник, верно, ненавидит…

Но — еврика! Нашел я наконец!

Я вызову синьору Беатриче.

История двух любящих сердец

Известна мне. А Беатриче — там,
страница 41
Гиппиус З.Н.   Стихотворения, не вошедшие в сборники