мечтал о том…
А с ним мой дом… не то, что ожил,
Но затянулся, как пушком.

Безрадостно-благополучно,
И нежно-сонно, и темно…
Мне с дьяволенком сладко-скучно…
Дитя, старик,— не все ль равно?

Такой смешной он, мягкий, хлипкий,
Как разлагающийся гриб.
Такой он цепкий, сладкий, липкий,
Всё липнул, липнул — и прилип.

И оба стали мы — единый.
Уж я не с ним — я в нем, я в нем!
Я сам в ненастье пахну псиной
И шерсть лижу перед огнем…


Декабрь 1906

Париж



ЖЕНСКОЕ  



«НЕТУ»

Где гниет седеющая ива,
где был и ныне высох ручеек,
девочка, на краю обрыва,
плачет, свивая венок.

Девочка, кто тебя обидел?
скажи мне: и я, как ты, одинок.
(Втайне я девочку ненавидел,
не понимал, зачем ей венок.)

Она испугалась, что я увидел,
прошептала странный отрет:
меня Сотворивший меня обалдел,
я плачу оттого, что меня нет.

Плачу, венок мой жалкий сплетая,
и не тепел мне солнца свет.
Зачем ты подходишь ко мне, зная,
что меня не будет — и теперь нет?

Я подумал: это святая
или безумная. Спасти, спасти!
Ту, что плачет, венок сплетая,
взять, полюбить и с собой увести…

— О, зачем ты меня тревожишь?
мне твоего не дано пути.
Ты для меня ничего не можешь:
того, кого нет,— нельзя спасти.

Ты душу за меня положишь,-
а я останусь венок свой вить.
Ну скажи, что же ты можешь?
это Бог не дал мне — быть.

Не подходи к обрыву, к краю…
Хочешь убить меня, хочешь любить?
я ни смерти, ни любви не понимаю,
дай мне венок мой, плача, вить.

Зачем я плачу — тоже не знаю…
высох — но он был, ручеек…
Не подходи к страшному краю:
мое бытие — плача, вить венок.


1907

Париж



ОН — ЕЙ

Разве, милая, тебя люблю я
          как человек
          человека?
Я людей любить, страдая и ревнуя,
          не умею,
          не умею.

Но как тайную тебя люблю я радость,
          простую,
          простую…
Как нежданную и ведомую сладость
          молитвы,
          молитвы.

Я люблю тебя, как иву ручьевую,
          тихую,
          тихую,
Как полоску в небе заревую,
          тонкую,
          тонкую.

Я люблю тебя, как весть оттуда,
          где всё ясное,
          ясное.

Ты в душе — как обещанье чуда,
          верное,
          верное.

Ты — напоминание чего-то дорогого,
          вечного,
          вечного.

Я люблю тебя, как чье-то слово,
          вещее,
          вещее.


1907



ТВАРЬ

Царица вечно-ясная,
Душа моей души!
Зову тебя, прекрасная,
Зову тебя, спеши!

Но знаю, на свидание
Придешь ты не одна:
Придет мое страдание,
Мой грех, моя вина.

И пред тобой, обиженной,
Склоняться буду ниц.
И слезы пить униженно
С опущенных ресниц.

Прости мне! Бесконечности
В любви я не достиг.
Творю тебя не в вечности,-
Творю на краткий миг.

Приходишь ты, рожденная
Лишь волею моей.
И, волею зажженная,
Погаснешь вместе с ней.

Шатаясь, отодвинешься,-
Чуть ослабею я…
И молча опрокинешься
Во мглу небытия.


1907



ZEPPLIN III

Еще мы здесь, в юдоли дольней…
Как странен звон воздушных струн!
То серо-блещущий летун
Жужжит над старой колокольней.

Его туманные винты,
Как две медузы, дымноструйны.
страница 12
Гиппиус З.Н.   Собрание стихов. Книга вторая