part il n'a pas de position. Je crains que votre pиre ne s'oppose… [11 - С другой стороны препятствий нет. Я боюсь, чтобы ваш отец не был бы против… (фр.).].

Княгиня вмешалась, быстро заговорила по-французски, видимо, повторяя уже сказанное, насчет «position», говорила о видной и близкой профессуре, еще о чем-то…

— Главное, чтобы вы не были против, chиre, chиre comtesse, — закончила она. — Я так светло смотрю на этот брак…

— Alors, vous l'aimez? [12 - Итак, вы его любите? (фр.).] — сказала торжественно и растроганно графиня, повернувшись к внучке.

Литта опустила глаза. Сквозь сжатые зубы:

— Oui.

— Soyez heureuse, petite… [13 - Да. — Будьте счастливы, милая… (фр.).].

Притянула Литту на сухую грудь и, неловко прижав ей голову, поцеловала.

— Soyez heureuse, во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, аминь, да благословит вас Бог. Это человек высокой души. Его надо уметь ценить. Слушайте его. Без страха в его руки вручаю я l'unique enfant de ma pauvre fille… [14 - Единственное дитя моей бедной дочери… (фр.).].

Графиня скупо прослезилась. Литта перешла в объятия княгини Александры, которая, прикладывая сухие щеки свои к ее лицу, шептала:

— Aimez le, votre maitre. Aimez le, il en est digne [15 - Любите его, вашего господина. Любите его, он этого заслуживает. (фр.).].

«Да фу ты, что с ними? Кончать бы!» — с тоской думала Литта.


Графиня отпустила ее величественным жестом.

— Allez, mon enfant, Господь над вами. Allez. Vous verrez votre fiancé se soir [16 - Ступайте, дитя мое. Ступайте. Сегодня вечером вы увидите вашего жениха, (фр.).].

Нет. Она все-таки не думала, что так будет тяжело. Первая капля лжи, а ведь ее предстоит целый водопад. Месяцы кривлянья, умолчания, хуже — притворств. И таких гадких. Тошно, тошно…

Вздор. Не назад же идти. Так надо, так она решила, так будет. Это все малодушие.

Сменцев, значит, приедет вечером? Вот сказать ему о Хованском. А что же Катя? Объявить ей, что выходит замуж за Сменцева? Или нет?

Катю Литта нашла в классной за чаем, за разговором с Гликерией, и успокоившейся, почти веселой.

— Ну что? — подняла она голову. — Можно мне к графине? Как ты советуешь?

Гликерия тихо вышла, тихо притворив дверь.

— Да какая ты красная. Спорила с бабушкой?

— Нет, Катя, вот что…

И, наливая себе чай, Литта медленно и спокойно стала убеждать Катерину Павловну совсем успокоиться, мирно сидеть дома, а уж она, Литта, обо всем позаботится. Графиню лучше Кате не видеть пока. Толку не будет. Нынче вечером, когда приедет Сменцев…

— Ты его увидишь сегодня же? — вскрикнула обрадованная Катя.

— Да. Вот и поговорю. Сегодня ведь решилось, он мой жених, — прибавила она невольно, почти проговорилась.

— Что? Что?

— Он мой жених, я выхожу за него замуж.

Катя так и сидела с выпученными глазами. Потом дух перевела.

— Вот как. Скрытная! Еще, верно, на Стройке влюбились друг в друга?

Литта поморщилась. Начинается. Опять. Однако нечего делать. Все равно Катя узнала бы.

— Видишь, Катя… Тут все очень сложно. Мы говорили с ним и летом, это правда. Я, верно, еще учиться буду после свадьбы. Может быть, за границу поеду…

Катерина Ивановна не обратила внимания на уклончивость ответа. Уже думала о своем, о том, что это хорошо, Литта, наверно, позаботится о ее деле, сегодня же увидит Сменцева, разузнает, пристанет… На Сменцева Катерина Павловна очень надеялась, хотя сама не знала, почему.

Сразу повеселела.

— Вечером потелефонируй мне, да? Что он скажет. Или как?
страница 69
Гиппиус З.Н.   Роман-царевич