"моя невеста", - "ваша невеста" - "я ee очень люблю" - "она красавица", - и успокоилась насчет волокитства со стороны учителя; и вторую кадриль уже могла вполне отдать хлопотам о закуске вроде ужина. Но ей хотелось пообстоятельнее и поосновательнее узнать эту успокоительную историю. Она продолжала расспросы; ведь каждому приятны успокоительные разговоры, да и во всяком случае, любопытно, - ведь все любопытно. Учитель отвечал основательно, хотя, по своему правилу, кратко. - Хороша ли его невеста? - Необыкновенно. - Есть ли приданое? - теперь нет, но получает большое наследство. - Большое? - Очень большое. - Как велико? - Очень велико. - Тысяч до ста? - Гораздо больше. - А сколько же? - Да что об этом говорить, довольно того, что очень много. - В деньгах? - Есть и в деньгах. - Может быть, и в поместьях! - Да, есть и в поместьях. - Скоро? - Скоро. - А свадьба скоро ли? - Скоро. - Так и следует, Дмитрий Сергеич, покуда еще не получила наследства, а то ведь от женихов отбою не будет. - Совершенная правда. - Да как это бог послал ему такое счастье, да как это не перехватили другие. - Да так; почти еще никто не знает, что она должна получить наследство. - А он проведал? - Проведал. - Да как же? - Да он, признаться сказать, давно проведывал, ну, нашел. - И верно разузнал? - еще бы, документы сам проверял. - Сам? - Сам. С того и начал. С того и начал? - Разумеется, кто в своем уме, без документов шагу не делает. - Правда, Дмитрий Сергеич, не делает. Какое счастье-то! Верно за молитвы родительские! - Вероятно.

Учитель и прежде понравился Марье Алексевне тем, что не пьет чаю; по всему было видно, что он человек солидный, основательный; говорил он мало тем лучше, не вертопрах; но что говорил, то говорил хорошо - особенно о деньгах; но с вечера третьего дня она увидела, что учитель даже очень хорошая находка, по совершенному препятствию к волокитству за девушками в семействах, где дает уроки: такое полное препятствие редко бывает у таких молодых людей. А теперь она была в полном удовольствии от него. В самом деле, какой солидный человек! И ведь не хвастался, что у него богатая невеста: каждое слово из него надобно было клещами вытягивать. И как пронюхивал-то - видно, давно уж думал подыскать богатую невесту, - и, поди, чать, как примазывался-то к ней! Ну, этот, можно сказать, умеет свои дела вести. И с документов прямо так и начал, да и говорит-то как! "без этого, говорит, нельзя, кто в своем уме" - редкой основательности молодой человек!

Верочка сначала едва удерживалась от слишком заметной улыбки, но постепенно ей стало казаться, - как это ей стало казаться? - нет, это не так, нет, это так! что Лопухов, хоть отвечал Марье Алексевне, но говорит не с Марьей Алексевною, а с нею, Верочкою, что над Марьей Алексевною он подшучивает, серьезно же и правду, и только правду, говорит одной ей, Верочке.

Казалось ли только так Верочке, или в самом деле так было, кто знает? Он знал, и она узнала; а нам, пожалуй, и не нужно знать; нам нужны только факты. А факт был тот, что Верочка, слушавшая Лопухова сначала улыбаясь, потом серьезно, думала, что он говорит не с Марьей Алексевною, а с нею, и не шутя, а правду, а Марья Алексевна, с самого начала слушавшая Лопухова серьезно, обратилась к Верочке и сказала: "друг мой, Верочка, что ты все такой букой сидишь? Ты теперь с Дмитрием Сергеичем знакома, попросила бы его сыграть тебе в аккомпанемент, а сама бы спела!", и смысл этих слов был: "мы вас очень уважаем, Дмитрий Сергеич, и желаем, чтобы вы были близким
страница 41
Чернышевский Н.Г.   Что делать