многочисленных вариантов широко распространенной народной песни: "Ах вы, сени мои, сени, Сени новые мои...".

171 ...дама буйных саней... ... дама в трауре... - Под этими обозначениями Чернышевский прикровенно "изобразил свою жену: причина ее мучительной тоски - судьба самого Чернышевского". Тем самым ясно, что "мужчина лет тридцати", появляющийся затем c этой дамой, - сам Чернышевский, освобожденный победоносной революцией. "Грядущая революция и является подспудной, но основной темой конца романа", - формулирует наиболее точно Б. Я. Бухштаб итог многолетних споров о смысле последних глав "Что делать?" (см. его статью: Записка Чернышевского о романе "Что делать?". - Изв. Академии наук СССР. Отделение литературы и языка, 1953, т. XII, вып. 2, стр. 161; перепечатано в несколько иной редакции в его же книге: Библиографические разыскания по русской литературе XX века. М., 1966, стр. 117-132).

172 Мосолов. - М. Т. Пинаев в книге "Комментарий к роману Н. Г. Чернышевского "Что делать?"" допускает, что выведенный в романе Мосолов изображает реального Юрия Михайловича Мосолова (1838-1915?) - ученика Чернышевского по Саратовской гимназии, потом видного деятеля революционного подполья 1850-1860-х годов, одного из организаторов "Библиотеки казанских студентов", члена "Земли и воли" (назв. книга, стр. 121-125, 147). Е. Г. Бушканец в статье "Юрий Мосолов - персонаж романа "Что делать?"" (Революционная ситуация в России в 1859-1861 гг. М., 1965) выдвинул гипотезу, что появление персонажа с такой фамилией не случайно и что таким образом "Чернышевский выражал своеобразный вотум доверия одному из своих самых стойких и последовательных учеников" (назв. статья, стр. 345). Ни с первым, ни со вторым исследователем согласиться невозможно. В романе ни в речах Мосолова, ни в немногих словах о нем других не содержится решительно никаких намеков такого рода. Если же согласиться с Е. Г. Бушканцем, что этим именем Чернышевский передает на волю сигнал о доверии к Мосолову, то нельзя будет не сделать вывод, что опытнейший и осторожнейший конспиратор Чернышевский с головою выдает властям и себя и своего ученика. Он сообщает тем самым через роман, что сам он революционер и что Мосолов его верный друг. Но весь смысл борьбы Чернышевского на следствии состоял в том, чтобы доказать, что он самый благонамеренный литератор, а совсем не "потрясователь основ". А всеобщее оглашение имени Мосолова (равного Мосолову - персонажу романа) не может быть расценено иначе, как предательство. Е. Г. Бушканец полагает, что Мосолов "скромный переводчик не привлекал к себе внимания III Отделения" (там же, стр. 346); на самом деле он давно (с 1856 г.) был "на заметке" у властей и не был арестован по недостатку улик. Но уже вскоре (с сентября 1863 г.) он находился совсем близко от Чернышевского - в Екатерининской куртине Петропавловской крепости! Если же Чернышевскому нужно было оповестить узкий круг единомышленников о доверии к Ю. М. Мосолову, то роман для этого - самый неудачный способ: Чернышевский мог вполне сообщить нужное (одну фразу - "ему можно доверять!") при свидании жене - 23 февраля, после 24 апреля, 15 сентября - или при одном из свиданий с Пышшым (Н. М. Чернышевская. Летопись ..., стр. 287, 298, 310, 313; А. Н. Пыпин. Записка о деле Н. Г. Чернышевского. - Красный архив, 1927, т. XXII, стр. 216); при свиданиях Чернышевскому несомненно было сообщено об аресте Ю. М. Мосолова. Не говорю уже о том, что рассматривать употребленную в художественном произведении фамилию в качестве
страница 278
Чернышевский Н.Г.   Что делать