Иванович ушли, мы сказали Верочке, и она говорит: я с вами, папенька и маменька, совершенно согласна, что нам об этом думать не следует.

- Так она благоразумная и честная девушка?

- Как же, ваше превосходительство, почтительная девушка!

- Ну, я этому очень рада, что мы можем остаться с вами в дружбе. Я награжу вас за это. Теперь же готова наградить. По парадной лестнице, где живет портной, квартира во 2-м этаже ведь свободна?

- Через три дня освободится, ваше превосходительство.

- Возьмите ее себе. Можете израсходовать до 100 рублей на отделку. Прибавляю вам и жалованья 240 р. в год.

- Позвольте попросить ручку у вашего превосходительства!

- Хорошо, хорошо. Татьяна! - Вошла старшая горничная. - Найди мое синее бархатное пальто. Это я дарю вашей жене. Оно стоит 150 р. (85 р.), я его только 2 раза (гораздо более 2О) надевала. Это я дарю вашей дочери,Анна Петровна подала управляющему очень маленькие дамские часы, - я за них заплатила 300 р. (120 р.). Я умею награждать, и вперед не забуду. Я снисходительна к шалостям молодых людей.

Отпустив управляющего, Анна Петровна опять кликнула Татьяну.

- Попросить ко мне Михаила Ивановича, - или нет, лучше я сама пойду к нему. - Она побоялась, что посланница передаст лакею сына, а лакей сыну содержание известий, сообщенных управляющим, и букет выдохнется, не так шибнет сыну в нос от ее слов.

Михаил Иваныч лежал, и не без некоторого довольства покручивал усы. "Это еще зачем пожаловала сюда-то? Ведь у меня нет нюхательных спиртов от обмороков", думал он, вставая при появлении матери. Но он увидел на ее лице презрительное торжество.

Она села, сказала:

- Садитесь, Михаил Иваныч, и мы поговорим, - и долго смотрела за него с улыбкою; наконец, произнесла: - Я очень довольна, Михаил Иваныч; отгадайте, чем я довольна?

- Я не знаю, что и подумать, maman; вы так странно...

- Вы увидите, что нисколько не странно; подумайте, может быть, и отгадаете.

Опять долгое молчание. Он теряется в недоумениях, она наслаждается торжеством,

- Вы не можете отгадать, - я вам скажу. Это очень просто и натурально; если бы в вас была искра благородного чувства, вы отгадали бы. Ваша любовница, - в прежнем разговоре Анна Петровна лавировала, теперь уж нечего было лавировать: у неприятеля отнято средство победить ее, - ваша любовница, - не возражайте, Михаил Иваныч, вы сами повсюду разглашали, что она ваша любовница, - это существо низкого происхождения, низкого воспитания, низкого поведения, - даже это презренное существо...

- Maman, я не хочу слушать таких выражений о девушке, которая будет моею женою.

- Я и не употребляла б их, если бы полагала, что она будет вашею женою. Но я и начала с тою целью, чтобы объяснить вам, что этого не будет и почему не будет. Дайте же мне докончить. Тогда вы можете свободно порицать меня за те выражения, которые тогда останутся неуместны по вашему мнению, но теперь дайте мне докончить. Я хочу сказать, что ваша любовница, это существо без имени, без воспитания, без поведения, без чувства, - даже она пристыдила вас, даже она поняла все неприличие вашего намерения...

- Что? Что такое, maman? говорите же!

- Вы сами задерживаете меня. Я хотела сказать, что даже она, понимаете ли, даже она! - умела понять и оценить мои чувства, даже она, узнавши от матери о вашем предложении, прислала своего отца сказать мне, что не восстанет против моей воли и не обесчестит нашей фамилии своим замаранным именем.

- Maman, вы обманываете?

- К
страница 26
Чернышевский Н.Г.   Что делать