воле, это правда. Николай Львович сделал мне предложение… Что ж? Подумала и решила. Он хороший человек, удивительно даже, такой хороший… И у меня вдруг точно крылья выросли на душе, я повеселела, стало мне легко и опять захотелось работать, работать… Только вот вчера произошло что-то, какая-то тайна нависла надо мной…

Чебутыкин.Реникса. Чепуха.

Наташа(в окно).Начальница!

Кулыгин.Приехала начальница. Пойдем.


Уходит с Ириной в дом.


Чебутыкин(читает газету, тихо напевает).Та-ра-ра… бумбия… сижу на тумбе я…


Машаподходит; в глубине
Андрейпровозит колясочку.


Маша.Сидит себе здесь, посиживает…

Чебутыкин.А что?

Маша(садится).Ничего…


Пауза.


Вы любили мою мать?

Чебутыкин.Очень.

Маша.А она вас?

Чебутыкин(после паузы).Этого я уже не помню.

Маша.Мой здесь? Так когда-то наша кухарка Марфа говорила про своего городового: мой. Мой здесь?

Чебутыкин.Нет еще.

Маша.Когда берешь счастье урывочками, по кусочкам, потом его теряешь, как я, то мало-помалу грубеешь, становишься злющей…
(Указывает себе на грудь.)Вот тут у меня кипит…
(Глядя на брата Андрея, который провозит колясочку.)Вот Андрей наш, братец… Все надежды пропали. Тысячи народа поднимали колокол, потрачено было много труда и денег, а он вдруг упал и разбился. Вдруг, ни с того ни с сего. Так и Андрей…

Андрей.И когда наконец в доме успокоятся. Такой шум.

Чебутыкин.Скоро.
(Смотрит на часы.)У меня часы старинные, с боем…
(Заводит часы, они бьют.)Первая, вторая и пятая батарея уйдут ровно в час…


Пауза.


А я завтра.

Андрей.Навсегда?

Чебутыкин.Не знаю. Может, через год вернусь. Хотя, черт его знает… все равно…


Слышно, как где-то далеко играют на арфе и скрипке.


Андрей.Опустеет город. Точно его колпаком накроют.


Пауза.


Что-то произошло вчера около театра; все говорят, а я не знаю.

Чебутыкин.Ничего. Глупости. Соленый стал придираться к барону, а тот вспылил и оскорбил его, и вышло так в конце концов, что Соленый обязан был вызвать его на дуэль.
(Смотрит на часы.)Пора бы, кажется, уж… В половине первого, в казенной роще, вот в той, что отсюда видать за рекой… Пиф-паф.
(Смеется.)Соленый воображает, что он Лермонтов, и даже стихи пишет. Вот шутки шутками, а уж у него третья дуэль.

Маша.У кого?

Чебутыкин.У Соленого.

Маша.А у барона?

Чебутыкин.Что у барона?


Пауза.


Маша.В голове у меня перепуталось… Все-таки я говорю, не следует им позволять. Он может ранить барона или даже убить.

Чебутыкин.Барон хороший человек, но одним бароном больше, одним меньше — не все ли равно? Пускай! Все равно!


За садом крик: «Ау! Гоп-гоп!»


Подождешь.Это Скворцов кричит, секундант. В лодке сидит.


Пауза.


Андрей.По-моему, и участвовать на дуэли, и присутствовать на ней, хотя бы в качестве врача, просто безнравственно.

Чебутыкин.Это только кажется… Нас нет, ничего нет на свете, мы не существуем, а только кажется, что существуем… И не все ли равно!

Маша.Так вот целый день говорят, говорят…
(Идет.)Живешь в таком климате, того гляди, снег пойдет, и тут еще эти разговоры…
(Останавливаясь.)Я не пойду в дом, я не могу туда ходить… Когда придет Вершинин, скажете мне…
(Идет по аллее.)А уже летят перелетные птицы…
(Глядит вверх.)Лебеди или гуси… Милые мои, счастливые мои…
(Уходит.)

Андрей.Опустеет наш дом. Уедут офицеры, уедете вы, сестра замуж выйдет, и останусь в доме я один.

Чебутыкин.А жена?


Ферапонтвходит с бумагами.


Андрей.Жена есть жена. Она честная,
страница 26
Чехов А.П.   Три сестры