разговорами графа… Был я в каком-то забытьи, полудремоте, чувствуя только яркий свет ламп и веселое, покойное настроение… Образ девушки в красном, склонившей головку на плечо, с глазами, полными ужаса перед эффектною смертью, постоял передо мной и тихо погрозил мне маленьким пальцем… Образ другой девушки, в черном платье и с бледным, гордым лицом, прошел мимо и поглядел на меня не то с мольбой, не то с укоризной.

Далее я слышал шум, смех, беготню… Черные, глубокие глаза заслонили мне свет. Я видел их блеск, их смех… На сочных губах играла радостная улыбка… То улыбалась моя цыганка Тина…

— Это ты? — спросил ее голос. — Ты спишь? Вставай, милый… Я давно уже тебя не видела…

Я молча пожал ей руку и привлек ее к себе…

— Пойдем же туда… Все наши приехали…

— Останься… Мне тут хорошо, Тина…

— Но… здесь много света… Ты сумасшедший… Могут войти…

— Кто войдет, тому я сверну шею… Мне хорошо, Тина… Два года уже прошло, как я тебя не видел…

В зале заиграли на рояле.

«Ах, Москва, Москва,
Москва… белокаменная…

— заорало несколько голосов…

— Видишь, они все поют там… Никто не войдет…

— Да, да…

Свидание с Тиной вывело меня из забытья… Через десять минут она ввела меня в залу, где полукругом стоял хор… Граф сидел верхом на стуле и отбивал руками такт… Пшехоцкий стоял позади его стула и удивленными глазами глядел на певчих птиц… Я вырвал из рук Карпова его балалайку, махнул рукой и затянул…

Вниз по ма-а-атушке… па-а-а Во-о-о…
Па-а В-о-о-о-лге…[132 - «Вниз по ма-а-атушке… п-а-а В-о-о-о…» — русская народная песня «Вниз по матушке по Волге» (А. И. Соболевский. Великорусские народные песни. СПб., 1898, т. IV, № 553, стр. 433).]

— подхватил хор…

Ай, жги, говори… говори…[133 - …«Ай, жги, говори… говори…» — «Ой, жги, ой, жги, говори!» — припев из русской народной плясовой песни «Вдоль по улице молодчик идет» (Д.Кашин. Русские народные песни, ч. III, М., 1833, стр. 59).]

Я махнул рукой, и мгновенно, с быстротой молнии наступил новый переход…

Ночи безумные, ночи веселые…[134 - «Ночи безумные, ночи веселые…» — Неточная цитата из стихотворения А. Н. Апухтина (1841—1893) «Ночи безумные, ночи бессонные» (1876); на музыку переложено П. И. Чайковским (1886), Балкашиной, С. И. Донауровым и другими композиторами. В 80-х годах стало популярным цыганским романсом и бытовало в различных музыкальных обработках.]

Ничто так раздражающе и щекочуще не действует на мои нервы, как подобные резкие переходы. Я задрожал от восторга и, охватив Тину одной рукой, а другой махая в воздухе балалайкой, допел до конца «Ночи безумные»… Балалайка с треском ударилась о пол и разлетелась на мелкие щепки…

— Вина!

Далее мои воспоминания приближаются к хаосу… Всё перемешалось, спуталось, всё мутно, неясно… Помню я серое небо раннего утра… Мы едем на лодках… Озеро слегка волнуется и словно ворчит, глядя на наши дебоширства… Я стою посредине лодки и качаюсь… Тина уверяет меня, что я могу упасть в воду, и просит сесть… Я же громко изъявляю сожаление, что на озере нет таких высоких волн, как Каменная Могила, и пугаю своим криком мартынов, мелькающих белыми пятнами на синей поверхности озера. Далее следует длинный жаркий день с его нескончаемыми завтраками, десятилетними наливками, пуншами, дебошем… Из этого дня я помню только несколько моментов… Я помню себя качающимся с Тиной в саду на качелях. Я стою на одном конце доски, она на другом. Я работаю всем своим туловищем с ожесточением, насколько хватает у меня сил, и сам не знаю, что
страница 134
Чехов А.П.   Рассказы. Юморески. 1884-1885