лишения и имевшей больного ребенка, которому угрожала голодная смерть, ибо жена сама кормить не могла, а кормилиц не было». Далее Невельской сообщал, что дочь «умерла в скором времени от голода» (стр. 184).] «молоденькая, хорошенькая и приветливая женщина»,[70 - …«молоденькая, хорошенькая и приветливая женщина»… – Слова, поставленные в кавычки, принадлежат неназванному здесь автору – Н. В. Буссе («Остров Сахалин и экспедиция 1853–54 гг.» СПб., 1872, стр. 4).] переносившая все лишения геройски.[71 - Жена Невельского, Екатерина Ивановна, когда ехала из России к мужу, сделала верхом 1100 верст в 23 дня, будучи больною, по топким болотам и диким гористым тайгам и ледникам охотского тракта. Самый даровитый сподвижник Невельского, Н. К. Бошняк,[685 - Самый даровитый сподвижник Невельского, Н. К. Бошняк… – Н. К. Бошняк (1829–1899), известный исследователь, путешественник, автор многократно цитируемых Чеховым записок «Экспедиция в Приамурском крае» («Морской сборник», 1858, № 12, 1859, № 2) («Список», №№ 14 и 15) и упомянутой в письмах статьи «Занятие части острова Сахалина и зимовка в Императорской гавани» («Морской сборник», 1959, № 10).] открывший Императорскую гавань, когда ему было еще только 20 лет, «мечтатель и дитя», – так называет его один из сослуживцев,[686 - …«мечтатель и дитя», – так называет его один из сослуживцев… – Так Н. К. Бошняка назвал майор Н. В. Буссе, участник Амурской экспедиции, первый правитель Сахалина, автор известного Чехову дневника: «Остров Сахалин и экспедиция 1853–54 гг. …». СПб., 1872 («Список», № 19). На основании этого дневника и рецензий на него Г. И. Невельского и Н. В. Рудановского «По поводу воспоминаний Н. В. Буссе об острове Сахалине и экспедиции 1853 г.» («Вестник Европы», 1872, № 8) («Список», № 20) Чехов составил о Буссе впечатление, как о человеке «нервном и неуживчивом».] – рассказывает в своих записках: «На транспорте „Байкал“ мы все вместе перешли в Аян и там пересели на слабый барк „Шелехов“. Когда барк стал тонуть, никто не мог уговорить г-жу Невельскую первою съехать на берег. „Командир и офицеры съезжают последними, – говорила она, – и я съеду с барка тогда, когда ни одной женщины и ребенка не останется на судне“. Так она и поступила. Между тем барк уже лежал на боку…» Дальше Бошняк пишет, что, часто находясь в обществе г-жи Невельской, он с товарищами не слыхал ни одной жалобы или упрека, – напротив, всегда замечалось в ней спокойное и гордое сознание того горького, но высокого положения, которое предназначило ей провидение. Она проводила зиму обыкновенно одна, так как мужчины были в командировках, в комнатах с 5° тепла. Когда в 1852 г. из Камчатки не пришли суда с провиантом, то все находились в более чем отчаянном положении. Для грудных детей не было молока, больным не было свежей пищи, и несколько человек умерло от цинги. Невельская отдала свою единственную корову во всеобщее распоряжение; всё, что было свежего, поступало в общую пользу. Обращалась она с туземцами просто и с таким вниманием, что это замечалось даже неотесанными дикарями. А ей было тогда только 19 лет (Лейт. Бошняк. Экспедиция в Приамурском крае. – «Морской сборник», 1859, II). Об ее трогательном обращении с гиляками упоминает и ее муж в своих записках. «Екатерина Ивановна, – пишет он, – усаживала их (гиляков) в кружок на пол, около большой чашки с кашей или чаем, в единственной бывшей во флигеле у нас комнате, служившей и залом, и гостиной, и столовой. Они, наслаждаясь подобным угощением, весьма часто трепали хозяйку по
страница 34
Чехов А.П.   Из Сибири. Остров Сахалин. 1889-1894