подозрение (ст. 484).] их посадили в темные, холодные карцеры. Через несколько дней троих выпустили и оставили только одного; этого заковали в кандалы и приказали выдавать ему горячую пищу только через два дня в третий; затем, по жалобе надзирателя, велено было дать ему 100 розог, и так держали его в темноте, впроголодь и под страхом, пока он не сознался. В это время в тюрьме содержалась также женщина свободного состояния Гаранина,[589 - В это время в тюрьме содержалась также женщина свободного состояния Гаранина ~ Когда один чиновник допрашивал ее при мне… – О Гараниной (без упоминания имени) Чехов говорил еще на стр. 204. Допрашивал Гаранину, скорее всего, А. Н. Надежницкий (1851–1896), помощник смотрителя Корсаковской тюрьмы, отставной поручик. Но возможно, что допрос Гараниной вел С. А. Фельдман, секретарь Корсаковского полицейского управления. Он писал Чехову 27 ноября 1892 г.: «Судьба Гараниной, убившей во Владимировке мужа вместе с сообщниками Платоновым и казаком, фамилию которого не помню, Вам, вероятно, также известна» (сб. «А. П. Чехов», Южно-Сахалинск, стр. 218).] подозреваемая в убийстве мужа; она тоже сидела в темном карцере и получала горячую пищу через два дня в третий. Когда один чиновник допрашивал ее при мне, то она заявила, что она давно уже больна и что ее не хотят почему-то показать доктору. Когда чиновник спросил у надзирателя, приставленного к карцерам, почему до сих пор не позаботились насчет доктора, то он ответил буквально так:

– Я докладывал господину смотрителю,[590 - – Я докладывал господину смотрителю, но они сказали ~ смотритель тюрьмы служил когда-то в петербургской полиции. – Смотритель Корсаковской тюрьмы – В. В. Шелькинг (см. примеч. к стр. 187–188). Начальник Корсаковского округа И. И. Белый кончил юридический факультет (о нем – в примеч. к стр. 186).] но они сказали: пусть издыхает!

Это неуменье отличать предварительное заключение от тюремного (да еще в темном карцере каторжной тюрьмы!), неуменье отличать свободных от каторжных удивило меня тем более, что здешний окружной начальник кончил курс по юридическому факультету, а смотритель тюрьмы служил когда-то в петербургской полиции.

В другой раз я был в карцерах уже с начальником округа, рано утром. Когда выпустили из карцеров четырех ссыльных, подозреваемых в убийстве, то они дрожали от холода. Гаранина была в чулках без башмаков, тоже дрожала и щурилась от света. Начальник округа приказал перевести ее в светлое помещение. Между прочим, на этот раз я тут заметил грузина, который бродил, как тень, около входов в карцеры; он уже пять месяцев сидит здесь, в темных сенях, как подозреваемый в отравлении, и ждет расследования, которое до сих пор еще не началось.

Товарищ прокурора на Сахалине не живет,[591 - Товарищ прокурора на Сахалине не живет… – Афанасий Константинович Жегочев. Речь здесь идет об относительной независимости прокуратуры, то, что дальневосточные газеты считали достижением реформы суда в Сибири. Законоположения были введены в действие на Сахалине и во Владивостокском губернаторстве с 15 августа 1885 г. («Владивосток», 1885, № 12, 24 марта).] и за ходом следствия наблюдать некому. Направление и быстрота следствия поставлены в полную зависимость от разных случайностей, не имеющих никакого отношения к самому делу. В одной ведомости я прочел, что убийство некоей Яковлевой совершено «с целью грабежа с предварительным покушением на изнасилование, на что указывает сдвинутая на кровати постель и свежие царапины и отпечатки гвоздей от
страница 270
Чехов А.П.   Из Сибири. Остров Сахалин. 1889-1894