тот не может иметь о нем настоящего понятия. О быстроте хода и о тесноте можно бывает судить по поверхности реки, которая, кажется, кипит, вода принимает рыбий вкус, весла вязнут и, задевая за рыбу, подкидывают ее. В устья рек кета входит здоровая и сильная, но затем безостановочная борьба с быстрым течением, теснота, голод, трение и ушибы о карчи и камни истощают ее, она худеет, тело ее покрывается кровоподтеками, мясо становится дряблым и белым, зубы оскаливаются; рыба меняет свою физиономию совершенно, так что люди непосвященные принимают ее за другую породу и называют не кетой, а зубаткой. Она ослабевает мало-помалу и уже не может сопротивляться течению и уходит в затоны или же стоит за карчей, уткнувшись мордой в берег; здесь ее можно брать прямо руками, и даже медведь достает ее из воды лапой. В конце концов, изнуренная половым стремлением и голодом, она погибает, и уже в среднем течении реки начинают встречаться во множестве уснувшие экземпляры, а берега в верхнем течении бывают усеяны мертвою рыбой, издающею зловоние. Все эти страдания, переживаемые рыбой в период любви, называются «кочеванием до смерти», потому что неизбежно ведут к смерти, и ни одна из рыб не возвращается в океан, а все погибают в реках. «Неодолимые порывы эротического влечения до издыхания, – говорит Миддендорф, – цвет идеи кочевания; и такие идеалы в тупоумной влажно-холодной рыбе!»[495 - «Неодолимые порывы эротического влечения до издыхания, – говорит Миддендорф ~ в тупоумной влажно-холодной рыбе!» – Чехов точно цитировал книгу А. Миддендорфа «Путешествие на север и восток Сибири», ч. II. СПб., 1877, стр. 349.]

Не менее замечателен ход сельди, которая периодически появляется по прибрежьям моря весною, обыкновенно во второй половине апреля. Сельдь идет громадными стадами, «в невероятном количестве», по выражению очевидцев. Приближение сельди всякий раз узнается по следующим характерным признакам: круговая полоса белой пены, захватывающая на море большое пространство, стаи чаек и альбатросов, киты, пускающие фонтаны, и стада сивучей. Картина чудесная![496 - Не менее замечателен ход сельди ~ Картина чудесная! – Чехов пользовался описаниями и данными многих работ: К. Скальковский. Русская торговля в Тихом океане… СПб., 1883, стр. 106; М. С. Мицуль. Очерк острова Сахалина…, стр. 44, 114. Слова, поставленные Чеховым в кавычки: «в невероятном количестве», – принадлежат Я. Бутковскому, также писавшему о ходе сельди («Остров Сахалин». – «Исторический вестник», 1882, т. X, стр. 175).] Китов, следующих в Аниве за сельдью, такое множество, что корабль Крузенштерна был окружен ими и на берег должно было ездить «с осторожностью».[497 - Китов, следующих в Аниве за сельдью, такое множество ~ на берег должно было ездить «с осторожностью». – Чехов пересказывал и частично цитировал из книги Крузенштерна «Путешествие вокруг света…», ч. II, стр. 75.] Во время хода сельди море представляется кипящим.[498 - Один из авторов видел японскую сеть, которая «занимала в море окружность в три версты и, прикрепленная к берегу, образовывала род мешка, откуда постепенно вычерпывали сельдей».[789 - Один из авторов видел японскую сеть ~ род мешка, откуда постепенно вычерпывали сельдей. – Не названный здесь автор – Я. Бутковский – писал об этом в статье «Остров Сахалин» («Исторический вестник», 1882, т. X, стр. 175).] Буссе в своих записках говорит: «Японские невода часты и чрезвычайно велики. Один невод окружает пространство сажен на 70 от берега. Но каково было мое удивление, когда, не дотащив
страница 232
Чехов А.П.   Из Сибири. Остров Сахалин. 1889-1894