настороже. Несколько позднее на Курильских островах был взят в плен капитан Головин и его спутники, точно в военное время. Когда потом матсмайский губернатор отпускал пленных, то торжественно объявил им: «Все вы по причине грабительства Хвостова были взяты, а теперь от охотского начальства прислано объяснение, что грабительства Хвостова были только разбойничьи поступки. Это ясно, и потому о возвращении вашем объявляю».]

Итак, Резанов и Хвостов первые признали, что Южный Сахалин принадлежит японцам. Но японцы не заняли своих новых владений, а лишь послали землемера Мамиа-Ринзо[392 - …послали землемера Мамиа-Ринзо… – Об этом японском исследователе Сахалина см. примеч. к стр. 50.] исследовать, что это за остров. Вообще во всей этой сахалинской истории японцы, люди ловкие, подвижные и хитрые, вели себя как-то нерешительно и вяло, что можно объяснить только тем, что у них было так же мало уверенности в своем праве, как и у русских.

По-видимому, у японцев, после того как они познакомились с островом, возникла мысль о колонии, быть может даже сельскохозяйственной, но попытки в этом направлении, если они были, могли повести только к разочарованию, так как работники из японцев, по словам инж. Лопатина, переносили с трудом или вовсе не могли выносить зимы.[393 - …работники из японцев, по словам инж. Лопатина, переносили с трудом или вовсе не могли выносить зимы. – Чехов цитировал здесь «Извлечение из письма горного инженера Лопатина» (стр. 106).] На Сахалин приезжали только японские промышленники, редко с женами, жили здесь, как на бивуаках, и зимовать оставалась только небольшая часть, несколько десятков, остальные же возвращались на джонках домой; они ничего не сеяли, не держали огородов и рогатого скота, а всё необходимое для жизни привозили с собой из Японии. Единственное, что привлекало их на Южный Сахалин, была рыба; она приносила им большой доход, так как ловилась в изобилии, и айно, на которых лежала вся тяжесть труда, обходились им почти даром. Доход с промыслов простирался сначала до 50, а потом до 300 тыс. рублей ежегодно, и немудрено поэтому, что хозяева-японцы носили по семи шёлковых халатов.[394 - …хозяева-японцы носили по семи шелковых халатов. – Об этом писал Буссе в известней Чехову работе («Остров Сахалин…», стр. 91).] В первое время японцы имели свои фактории только на берегу Анивы и в Мауке, и главный их пункт находился в пади Кусун-Котан, где теперь живет японский консул.[395 - Подробности у Венюкова: «Общий обзор постепенного расширения русских пределов Азии и способов обороны их. Первый участок: остров Сахалин». – «Военный сборник», 1872 г., № 3.…главный их пункт находился в пади Кусун-Котан, где теперь живет японский консул ~ «Военный сборник», 1872, № 3. – Чехов использовал данные об японцах из статьи Венюкова (стр. 22–23), заглавие ее воспроизвел не совсем точно. См. «Список», № 61. Об японском консуле см. примеч. к стр. 193.] Позднее они прорубили просеку от Анивы до Такойской долины; тут, около нынешнего Галкина-Враского, находились у них магазины; просека не заросла до настоящего времени и называется японской. Доходили японцы и до Тарайки, где ловили периодическую рыбу в Поронае и основали селение Сиску. Суда их доходили даже до Ныйского залива; то судно с красивою оснасткой, которое Поляков застал в 1881 году в Тро, было японское.[396 - …то судно, с красивою оснасткой, которое Поляков застал в 1881 году в Тро, было японское. – Об этом судне Чехов писал на стр. 145, 289, имея в виду описание Полякова в «Путешествии
страница 183
Чехов А.П.   Из Сибири. Остров Сахалин. 1889-1894