японского, селения был построен станок. Жили здесь солдаты с женами, а позднее и ссыльные. В течение зимы, весны и конца лета тут кипела бойкая ярмарочная жизнь. Зимою наезжали сюда тунгусы, якуты, амурские гиляки, которые вели торговлю с южанами-инородцами, а весною и в конце лета на джонках приходили японцы для рыбных промыслов. Название станка – Тихменевский пост – сохранилось и до настоящего времени.[736 - В 1869 г. около теперешнего, тогда японского, селения был построен станок ~ до настоящего времени. – Историю Тихменевского поста Чехов мог знать по книге Мицуля «Очерк острова Сахалина…» (стр. 75–77).]]

Теперь, чтобы покончить с Южным Сахалином,[360 - Теперь, чтобы покончить с Южным Сахалином ~ Начну с попыток к вольной колонизации. – О неудачной колонизации вольных землевладельцев на Сахалине писалось во многих известных Чехову корреспонденциях: «Московские ведомости», 1875, № 101, 24 апреля (в «Списке» № 16); 1875, № 119, 13 мая (в «Списке» № 18); 1877, № 36, 12 февраля (в «Списке» № 41); «Русский мир», 1877, № 7, 9 января (в «Списке» № 46).] остается мне сказать несколько слов еще о тех людях, которые жили когда-либо здесь и теперь живут независимо от ссыльной колонии. Начну с попыток к вольной колонизации. В 1868 г. одною из канцелярий Восточной Сибири было решено поселить на юге Сахалина до 25 семейств;[361 - В 1868 г. одною из канцелярий Восточной Сибири было решено поселить на юге Сахалина до 25 семейств ~ берут кое-какой скарб да по одной лошади («Владивосток», 1886 г., № 22). – Чехов передал этот эпизод, важный для его убеждения о невозможности колонизации на каторжном острове, пользуясь несколькими источниками: книгой Мицуля, рапортом контр-адмирала Пузино, корреспонденциями в газетах «Русский мир» и «Владивосток». При этом он то излагал близко к тексту, значительно, впрочем, сокращая его, опуская необязательные подробности или пристрастные оценки (например, у Мицуля упреки сахалинским крестьянам-поселенцам в беспечности, нерадивости), то перефразировал, стилистически перерабатывал, то цитировал дословно: см. «Очерк острова Сахалина…», стр. 78–82; «Морской сборник», 1876, т. CLVII, № 1, стр. 25; «Русский мир», 1877, № 7, 9 января.] при этом имелись в виду крестьяне свободного состояния, переселенцы, уже селившиеся по Амуру, но так неудачно, что устройство их поселений один из авторов называет плачевным, а их самих горемыками. Это были хохлы, уроженцы Черниговской губ., которые раньше, до прихода на Амур, уже селились в Тобольской губернии, но тоже неудачно. Администрация, предлагавшая им переселиться на Сахалин, давала обещания в высшей степени заманчивые. Обещали безвозмездно в течение двух лет довольствовать их мукой и крупой, снабдить каждую семью заимообразно земледельческими орудиями, скотом, семенами и деньгами, с уплатою долга через пять лет, и освободить их на 20 лет от податей и рекрутской повинности. Переселиться изъявили желание 10 амурских семейств и, кроме того, 11 семейств из Балаганского уезда, Иркутской губ., всего 101 душа. В 1869 г., в августе, их отправили на транспорте «Манджур» в Муравьевский пост, чтобы отсюда перевезти вокруг Анивского мыса Охотским морем в пост Найбучи, от которого до Такойской долины, где предполагалось положить начало вольной колонии, было только 30 верст. Но наступила уже осень, свободного судна не было, и тот же «Манджур» доставил их вместе с их скарбом в Корсаковский пост, откуда они рассчитывали пробраться в Такойскую долину сухим путем. Дороги тогда не было вовсе. Прапорщик
страница 172
Чехов А.П.   Из Сибири. Остров Сахалин. 1889-1894