выражений, которые допустил профессор В. Н. Сперанский в беседе с сотрудником «Биржевых ведомостей». В утреннем нумере от 16-го января напечатано буквально следующее: «Горький — живой труп, и гальванизировать его бесполезно». Не желая оспаривать по существу более чем странное, с нашей точки зрения, мнение проф. Сперанского об авторе недавно написанной книги «Детство», мы хотим, однако, подчеркнуть, что выражения, в которые это мнение облечено, неприличны с точки зрения литературной и оскорбительны с точки зрения человеческой.


Поликсена Соловьева (Allegro),

3. К. Гиппиус,

Д.В. Философов,

Александр Блок.

16 января 1916



К избирателям

Казалось бы, выборы гласных в городскую думу — дело маленькое, не имеющее связи с организацией нашей победы над врагом.

На самом деле это — не так.

Обновленческая партия имеет такое же отношение к хозяйству столицы, какое прогрессивный блок — к общегосударственному хозяйству.

Такова связь общая. А вот ближайшая.

Из отчета о деятельности городских попечительств, составленного Л. Я. Гуревич, следует ясно, что трудная работа налаживалась только там, где работали прогрессивные, обновленческие элементы. В остальных случаях дело шло крайне вяло.

Если теперь восторжествуют стародумцы, мы вверим огромный бюджет столицы, уже равный приблизительно бюджету, например, целой Швейцарии, — людям непросвещенным, темным и косным. Мы не можем учесть того вреда, который произойдет от этого. В частности, мы можем опасаться за судьбы семейств запасных и ратников, которые требуют теперь все больших забот.

Мы твердо знаем, что весь расчет старо думцев покоится только на косности и лени избирателей. Страна просыпается не по дням, а по часам, но косности и лени все еще много. Все еще действуют кое-где разлагающие яды, которые расточались в течение десятков лет нововременцами всякого рода. Секрет их действенности заключался не столько в каких-нибудь программах, которые они меняли, в зависимости от выгод, сколько в умелой пропаганде всякого воздержания от действия, в замалчивании вопиющих фактов.

Мы должны помнить, что чем больше ставится обывателям препятствий, чем более ограничено число их высоким цензом, — тем большая ответственность лежит на тех сравнительно немногих, кто может использовать свое избирательное право.

Мы все еще «ленивы и нелюбопытны» — по слову Пушкина, но как легко в данном случае победить свою лень!

Стоит только в назначенный день пойти к урне и опустить в нее свой бюллетень.

Не может быть сомнения в том, что в эту трудную минуту большинство бюллетеней будет содержать в себе имя из числа предложенных обновленческим комитетом. Пусть только все, кто может, используют свое право, твердо помня, что это — уже не маленькое дело, что это непосредственно связано и с обороной страны и со всяческим ее расцветом в будущем.


Февраль 1916



Приложения



Заметки и наброски



Заметки о Владимире Соловьеве

В передней перед панихидой (глаза). На площадке лестницы, когда выносили гроб и тетя Саша повисла на нем. За гробом на улице впереди меня, с непокрытой головой, ушедшей в поднятые плечи, и серая сталь волос на потертом буром воротнике шубы. Замечание Адама Феликсовича Кублицкого-Пиоттух.[176 - Над строкой Блоком написано: «Зинаида Николаевна» Гиппиус.]

В то время в средних петербургских кругах особенно ненавидели Вл. Соловьева. О нем распространяли мелкие и наивные сплетни.

Потом — рассказы о пророчестве об Антихристе в Городской думе; лицо и
страница 325
Блок А.А.   Том 5. Очерки, статьи, речи