версты, кручи…
     Останови!
Идут, идут испуганные тучи,
     Закат в крови!

Закат в крови! Из сердца кровь струится!
     Плачь, сердце, плачь…
Покоя нет! Степная кобылица
     Несется вскачь!



2

Мы, сам-друг, над степью в полночь стали:
Не вернуться, не взглянуть назад.
За Непрядвой лебеди кричали,
И опять, опять они кричат…

На пути — горючий белый камень.
За рекой — поганая орда.
Светлый стяг над нашими полками
Не взыграет больше никогда.

И, к земле склонившись головою,
Говорит мне друг: «Остри свой меч,
Чтоб недаром биться с татарвою,
За святое дело мертвым лечь!»

Я—не первый воин, не последний,
Долго будет родина больна.
Помяни ж за раннею обедней
Мила друга, светлая жена!

8 июня 1908



3

В ночь, когда Мамай залег с ордою
     Степи и мосты,
В темном поле были мы с Тобою, —
     Разве знала Ты?

Перед Доном темным и зловещим,
     Средь ночных полей,
Слышал я Твой голос сердцем вещим
     В криках лебедей.

С полуночи тучей возносилась
     Княжеская рать,
И вдали, вдали о стремя билась,
     Голосила мать.

И, чертя круги, ночные птицы
     Реяли вдали.
А над Русью тихие зарницы
     Князя стерегли.

Орлий клекот над татарским станом
     Угрожал бедой,
А Непрядва убралась туманом,
     Что княжна фатой.

И с туманом над Непрядвой спящей,
     Прямо на меня
Ты сошла, в одежде свет струящей,
     Не спугнув коня.

Серебром волны блеснула другу
     На стальном мече,
Освежила пыльную кольчугу
     На моем плече.

И когда, наутро, тучей черной
     Двинулась орда,
Был в щите Твой лик нерукотворный
     Светел навсегда.

14 июня 1908



4

Опять с вековою тоскою
Пригнулись к земле ковыли.
Опять за туманной рекою
Ты кличешь меня издали…

Умчались, пропали без вести
Степных кобылиц табуны,
Развязаны дикие страсти
Под игом ущербной луны.

И я с вековою тоскою,
Как волк под ущербной луной,
Не знаю, что делать с собою,
Куда мне лететь за тобой!

Я слушаю рокоты сечи
И трубные крики татар,
Я вижу над Русью далече
Широкий и тихий пожар.

Объятый тоскою могучей,
Я рыщу на белом коне…
Встречаются вольные тучи
Во мглистой ночной вышине.

Вздымаются светлые мысли
В растерзанном сердце моем,
И падают светлые мысли,
Сожженные темным огнем…

«Явись, мое дивное диво!
Быть светлым меня научи!»
Вздымается конская грива…
За ветром взывают мечи…

31 июля 1908



5

И мглою бед неотразимых
Грядущий день заволокло.

    Вл. Соловьев

Опять над полем Куликовым
Взошла и расточилась мгла,
И, словно облаком суровым,
Грядущий день заволокла.

За тишиною непробудной,
За разливающейся мглой
Не слышно грома битвы чудной,
Не видно молньи боевой.

Но узнаю тебя, начало
Высоких и мятежных дней!
Над вражьим станом, как бывало,
И плеск и трубы лебедей.

Не может сердце жить покоем,
Недаром тучи собрались.
Доспех тяжел, как перед боем.
Теперь твой час настал. — Молись!

23 декабря 1908



«Я помню длительные муки…»

Я помню длительные муки:
Ночь догорала за окном;
Ее заломленные руки
Чуть брезжили в луче дневном.

Вся жизнь, ненужно изжитая,
Пытала, унижала, жгла;
А там, как призрак возрастая,
День обозначил купола;

И под окошком участились
Прохожих быстрые шаги;
И в серых
страница 4
Блок А.А.   Стихотворения 1908 года