племени,
Чуждый воинственных сил?

Ищешь ты кротости, благости,
Где ж молодые огни?
Вот и задумчивой старости
К нам придвигаются дни.

Негде укрыться от времени —
Будет и нам череда…
Бедный из бедного племени!
Ты не любил никогда!

11 февраля 1902 (1918)



«Сны безотчетны, ярки краски…»

Для солнца возврата нет

    «Снегурочка» Островского

Сны безотчетны, ярки краски,
Я не жалею бледных звезд.
Смотри, как солнечные ласки
В лазури нежат строгий крест.

Так — этим ласкам близ заката
Он отдается, как и мы,
Затем, что Солнцу нет возврата
Из надвигающейся тьмы.

Оно зайдет, и, замирая,
Утихнем мы, погаснет крест,—
И вновь очнемся, отступая
В спокойный холод бледных звезд.

12 февраля 1902



«Мы живем в старинной келье…»

Мы живем в старинной келье
     У разлива вод.
Здесь весной кипит веселье,
     И река поет.

Но в предвестие веселий,
     В день весенних бурь
К нам прольется в двери келий
     Светлая лазурь.

И полны заветной дрожью
     Долгожданных лет,
Мы помчимся к бездорожью
     В несказанный свет.

18 февраля 1902 (1915)



«Ты — божий день. Мои мечты…»

Ты — божий день. Мои мечты —
Орлы, кричащие в лазури.
Под гневом светлой красоты
Они всечасно в вихре бури.

Стрела пронзает их сердца,
Они летят в паденьи диком…
Но и в паденьи — нет конца
Хвалам, и клёкоту, и крикам!

21 февраля 1902 (1910)



«Верю в Солнце Завета…»

И Дух и Невеста говорят прииди

    Апокалипсис

Верю в Солнце Завета,
Вижу зори вдали.
Жду вселенского света
От весенней земли.

Всё дышавшее ложью
Отшатнулось, дрожа.
Предо мной — к бездорожью
Золотая межа.

Заповеданных лилий
Прохожу я леса.
Полны ангельских крылий
Надо мной небеса.

Непостижного света
Задрожали струи.
Верю в Солнце Завета,
Вижу очи Твои.

22 февраля 1902



«Кто-то с богом шепчется…»

Кто-то с богом шепчется
     У святой иконы.
Тайна жизни теплится,
     Благовестны звоны.
Непорочность просится
     В двери духа божья.
Сердце переносится
     В дали бездорожья.
Здесь — смиренномудрия
     Я кладу обеты.
В ризах целомудрия,
     О, святая! где ты?
Испытаний силою
     Истомленный — жду я
Ласковую, милую,
     Вечно молодую.

27 февраля 1902



«Мы всё простим — и не нарушим…»

Мы всё простим — и не нарушим
Покоя девственниц весны,
Огонь божественный потушим,
Прогоним ласковые сны.

Нет меры нашему познанью,
Вещественный не вечен храм
Когда мы воздвигали зданье,
Его паденье снилось нам.

И каждый раз, входя под своды,
Молясь и плача, знали мы:
Здесь пронесутся непогоды,
Снега улягутся зимы.

Февраль 1902



«Целый день передо мною…»

Целый день передо мною,
Молодая, золотая,
Ярким солнцем залитая,
Шла Ты яркою стезею.

Так, сливаясь с милой, дальней,
Проводил я день весенний
И вечерней светлой тени
Шел навстречу, беспечальный.

Дней блаженных сновиденье —
Шла Ты чистою стезею.
О, взойди же предо мною
Не в одном воображеньи!

Февраль 1902 (1907)



У ДВЕРЕЙ

Я один шепчу заклятья,
Двери глухо заперты.
Смутно чуятся объятья,
В голове — Твои цветы.

Неизведанные шумы
За дверями чужды мне,
И пленительные думы —
Наяву, а не во сне.

Наяву шепчу заклятья,—
Наяву со мною Ты.
Долгожданные объятья —
Не
страница 4
Блок А.А.   Стихотворения 1902 года