слез я источила,

Каких обид не проглотила,

Молчанье горькое храня!

Ты разлюбил, я все любила;

Ты гнал безжалостно меня

К тебе я, злобному, ласкалась,

Как собачонка. Рассмотри

Меня получше: говори,

Такая ль я тебе досталась?

Глаза потухнули от слез;

Лицо завяло, грудь иссохла;

Я только, только что не сдохла!..

Ты все молчишь?

Е л е ц к о й

Тебе нанес

Я много горя... Я не ведал,

Когда другой мой жребий предал,

Что ты... Но что со мною?.. Свет

В глазах темнеет... все кружится...

Мне дурно, Сара, дурно...

С а р а

Нет!

Я знаю, что в тебе творится.

В душе мятущейся твоей

Я чудным чудом оживаю,

Разлучницы проклятой в ней

Бесовский образ погашаю.

Бледнеешь ты... Немудрена

Измена мне, а ей страшна!

Будь ей теперь моя судьбина!

Томись она, крушись она!

С тоски иссохни, как лучина!

Умри она! ты мой: приди,

Прижмись опять к моей груди!

Очнись от лютого угара,

Приди, и все забуду я.

Узнай меня, узнай: я Сара!

Я Сара прежняя твоя.

Цыганка страстными руками

Его, рыдая, обвила

И жадно к сердцу повлекла.

Глядел он мутными глазами,

Но не противился. Главой

Он даже тихо приклонился

К ее плечу; на нем, немой,

Казалось, томно позабылся.

По грозной буре, тишина

Влилась отрадно в сердце Сары.

"Он мой! подействовали чары!"

С восторгом думала она.

Но время долгое проходит

Он все лежит, он все молчит;

Едва дыханье переводит

Цыганка. "Милый мой!.. Он спит.

Проснись, красавец!" Зов бесплодный;

Миг страшной истины настал:

Она вгляделась - труп холодный

В ее объятиях лежал.

Глава 8

Стояла ночь уже давно.

Градские стогны опустели;

В домах уснувших ни одно

Не озарялося окно,

Все одинаково чернели.

Луна не светит, все молчит;

Лишь ветер воет и свистит,

Метель до кровель воздымая.

Обету своему верна,

До самой улицы одна

Доходит Вера молодая;

Никем не встречена она.

В лицо суровый и холодный,

Ей дует ветер непогодный,

И ночь ненастная черна.

Она стоит; она мгновенья

Считает, полная волненья...

Бегут мгновенья! Вера ждет

Он не приходит; не придет!

В ней сердце замерло... девицу

Приемлет снова прежний кров.

Уж ранний вой колоколов

Порою той будил столицу,

И в город, сквозь ночную тень,

Уж, голубея, крался день.

Холм, под которым спит Елецкой,

Где он забыл любовь, вражду,

Где равнодушен он к суду

Толпы и светской и несветской,

Уж не однажды порастал

Весенней, новою травою,

И снег пушистой пеленою

Его не раз уж покрывал.

Но долго ль юноша несчастный

Жил в сердце Веры? Много ль слез,

Ее сердечных первых грез,

У ней исторг обман ужасный?

В ту ж зиму, с дядей-стариком,

Покинув город, возвратилась

Она лишь два года потом.

Лицом своим не изменилась,

Блистает тою же красой;

Но строже смотрит за собой:

В знакомство тесное не входит

Она ни с кем. Всегда отводит

Чуть-чуть короткий разговор.

Подчинены ее движенья

Холодной мере. Верин взор,

Не изменяя выраженья,

Не выражает ничего.

Блестящий юноша его

Не оживит, и нетерпенья

В нем не заметит старый шут;

Ее смешливые подруги

В нескромный смех не вовлекут;

Разделены ее досуги

Между роялем и канвой;

В раздумье праздном не видали

И никогда не заставали

С романом Веры Волховской.
страница 21